Общая характеристика процессуальных решений об окончании досудебного следствия

Окончание досудебного следствия – исключительно важный этап в производстве по уголовному делу. Именно на этом этапе расследования принимаются специфичные процессуальные решения, связанные как с анализом и оценкой собранных по делу доказательств и подведением итогов всего расследования, так и с дальнейшим движением уголовного дела. На это обоснованно указывают многие процессуалисты.

Автор поддерживает их убедительные доводы о том, что заключительный этап следствия по делу должен включать в себя совокупность нижеперечисленных процессуальных действий:

  1. анализ и оценку собранных по делу доказательств с позиции их достаточности для достоверного вывода о норме окончания расследования;
  2. систематизацию и надлежащее оформление материалов дела;
  3. принятие решения о форме окончания производства по делу;
  4. объявление участникам процесса об окончании собирания доказательств по делу и предъявление им законченного производства;
  5. разрешение ходатайств, поступивших от ознакомившихся с материалами дела участников процесса;
  6. предъявление участникам процесса дополнительных материалов, появившихся в результате удовлетворения заявленных ходатайств;
  7. составление итогового процессуального документа, направление уголовного дела и реализация всех процессуальных решений, обусловленных формой окончания следствия.

В литературе обоснованно отмечается, что "...контролю со стороны принципов судопроизводства подвергаются все без исключения процессуальные решения". С этой позиции крайне важно проанализировать характер динамической связи между соответствующими конституционными принцами уголовного судопроизводства и процессуальными решениями, принимаемыми на завершающем этапе расследования.

Необходимость реализации интересов государства в области проводимой им уголовно-правовой политики ориентирует следователя на установление и изобличение лица, совершившего преступление, то есть на осуществление функции обвинения (ст. 131 УПК. Украины). Ее он осуществляет под надзором прокурора (ст. 121 Конституции Украины).

Действующее уголовно-процессуальное законодательство предусматривает внесудебный порядок прекращения дел с окончательными выводами следователя о виновности обвиняемого (п.п. 3, 4, 8 ст.6, ст.ст. 7, 7',71, 8, 9 и 10 УПК Украины).

Этот порядок, по существу, возлагает на следователя функцию разрешений дела, так как во всех указанных случаях устанавливается .виновность лиц, в отношении которых прекращается дело. Как иначе можно расценить возможность применения к несовершеннолетним обвиняемым принудительных мер воспитательного характера (ст. 9 УПК Украины) или мер общественного воздействия к лицам, в отношении которых прекращается уголовное дело с передачей материалов на рассмотрение товарищеского суда? Не случайно закон не допускает прекращения уголовного дела по указанным основаниям в тех случаях, когда против этого возражают лица, совершившие деяния, содержащие признаки преступления (ч. 3 ст. 71 УПК Украины). Тем самым он подчеркивает нереабилитируюший характер оснований прекращения уголовного дела.

В этой связи нельзя признать обоснованными утверждение некоторых авторов, что нереабилитирующих оснований прекращения уголовных дел вообще не существует, все основания реабилитирующие.

Другая группа авторов однозначно отстаивает позицию, в соответствии с которой постановление о прекращении уголовного дела по указанным нереабилитирующим основаниям необходимо рассматривать в качестве официального акта признания гражданина виновным от имени государства.

Эта точка зрения явно противоречит конституционному положению, согласно которому признание лица виновным в совершении преступления – не право следователя или прокурора, а прерогатива суда (ст. 62 Конституции).

В этой связи целесообразно подчеркнуть, что в 1990 году Комитет конституционного надзора бывшего СССР в своем заключении прямо указал, что существующий порядок прекращения уголовных дел с одновременным признанием лица виновным не отвечает требованиям принципа презумпции невиновности и противоречит положениям международных актов о правах человека.

Критикуя указанные точки зрения, И.А. Либус аргументировано отмечал, что при прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям неправомерно использовать формулировки, дающие основания полагать, что следователь или прокурор, принимая соответствующее решение, окончательно признает лицо виновным в совершении преступления, – это право одного лишь суда.

Действительно, прекращение уголовного дела по указанным основаниям, не опровергая презумпцию невиновности, вместе с тем компрометирует человека, заставляя его нести невыгодные правовые последствия содеянного, связанные с постановкой на спецучет в органах внутренних дел, ограничениями при приеме на работу и т.п. Это признает и законодатель, определивший порядок реабилитации граждан в уголовном судопроизводстве.

Несложно заметить, что организация досудебного следствия, когда одно и то же лицо обвиняет и разрешает дело, исключает состязательные начала производства, противоречит конституционному принципу презумпции невиновности (ст. 62 Конституции Украины), порождает различного рода злоупотребления со стороны следователей, нарушения ими конституционных прав и интересов граждан.

Представляется, что изменения должны касаться порядка прекращения уголовных дел как по реабилитирующим, так и по нереабилитирующим основаниям. Это обусловлено следующим.

Существующий порядок прекращения уголовных дел по реабилитирующим основаниям (за отсутствием события преступления, отсутствием в деянии состава преступления или недоказанностью участия обвиняемого в совершении преступления) связан с предоставлением должностным лицам одной ветви власти права как обвинять, так и оправдывать граждан. Это не только нарушает равновесие исполнительной, законодательной и судебной властей при производстве досудебного следствия, но и исключает справедливую защиту основных прав граждан, которая всецело зависит от субъективных качеств следователя или прокурора. Им психологически трудно проявить одинаковую объективность в обвинении и оправдании человека, личные интересы которого всегда расходится с интересами лиц, производящих расследование.

Так, например, во всех, изученных нами уголовных дел, прекращенных следователями органов внутренних дел Луганской области в 1991-1997 гг. по реабилитирующим основаниям, по каждому третьему принятие окончательного решения инициировалось только в результате жалоб граждан вышестоящему прокурору или руководству Следственного управления УМВД Украины в Луганской области.

Закон Украины "О порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органа дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда" от 1 декабря 1994 года.

Указанный порядок прекращения дел по реабилитирующим основаниям не гарантирует достижения целей правосудия. Он допускает возможность ошибок в следственной деятельности, что невозможно в условиях расширения прав участников уголовного судопроизводства. Обоснованность таких выводов автора подтверждают приведенные им ранее данные о значительном количестве подсудимых, оправданных общими судами Украины в 1996-1998 гг.

В связи с рассматриваемым вопросом, необходимо подчеркнуть, что законодатель, учитывая как возможность, так и реальность следственных ошибок и стремясь к дальнейшему укреплению законности в уголовном судопроизводстве, 1 декабря 1994 года принял Закон Украины "О порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда". Этим законом закреплено право гражданина на возмещение материального и морального ущерба при прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям органами досудебного следствия. Так, ст. 12 Закона предусматривает, что "...размер возмещаемого ущерба... в месячный срок со дня обращения гражданина определяют соответствующие органы предварительного следствия..., о чем выносится в постановлении".

Представляется, что указанное предписание явно не соответствует конституционному принципу разделения властей, в соответствии с которым именно судебная власть, являясь суверенной и стабильной властью, предназначена "...для обеспечения надлежащего применения законов путем восстановления нарушенного нрава". Именно суд, являясь посредником при спорах о прав;, всегда имеет дело с конкретными интересами людей. Только судебная власть, в отличие от законодательной и исполнительной властей, не меняет свои задачи в зависимости от специфики государственного строя и поэтому способна утвердить господство права с помощью наиболее справедливых судебных процедур, вынести объективные решения по вопросу возмещения причиненного ущерба гражданину.

Следовательно, представляется вполне обоснованным введение на стадии досудебного расследования судебного порядка прекращения уголовных дел по реабилитирующим основаниям и, соответственно, возмещения гражданину ущерба, причиненною в результате незаконных действий органов досудебного следствия.

Вывод автора о целесообразности введения судебного порядка прекращения уголовных дел по нереабилитирующим основаниям обусловлен тем, что унификация процедуры прекращения дела по всем основаниям, во-первых, служит реализации принципа разделения властей в уголовном судопроизводстве, защите прав и свобод граждан; во-вторых, обеспечивает оптимальное достижение этих целей; в-третьих, предполагает использование процессуальной процедуры, наиболее соответствующей требованиям законности и нравственности.

Не случайно в обращении Совета Судей Украины к президенту, премьер-министру и председателю Верховной Рады страны отмечается, что провозглашение Конституцией Украины независимости судебной власти важно не только как признак правового государства, но и как единый демократический механизм защиты прав и свобод человека и гражданина.

 

Таким образом, автор предлагает законодательно установить судебный порток прекращения уголовных дел на стадии досудебного расследования с введением в УПК Украины соответствующих процессуальных процедур.

В этой связи важно подчеркнуть, что 94 процента всех респондентов, в том числе 100 процентов прокуроров, судей и адвокатов, опрошенных относительно необходимости введения в досудебное расследование судебной процедуры прекращения уголовных дел при отмене ныне действующей, считают это обоснованным и целесообразным.

На наш взгляд, необходимо отметить и то, что указанное предложение не противоречит положениям Проекта Концепции государственно-правовой политики по защите прав граждан, предусматривающим повышение универсальности и эффективности судебной защиты прав и свобод граждан в соответствии с решениями Совета Европы и Европейской конвенции по защите прав человека. Он отражает общую тенденцию в реформе уголовного процесса различных стран мира, связанную с созданием эффективной судебной процедуры защити прав человека.

Как известно, для реализации юридических гарантий важное значение имеет правовая культура общества и его членов, в особенности должностных лиц. Предполагается, что в сегодняшней экономической и политической обстановке в Украине, сложившейся в условиях сильного влияния прежнего бюрократического аппарата, наиболее целесообразно ввести именно судебный контроль за прекращением уголовных дед в стадии досудебного расследования.

По мнению автора, существующий порядок окончания досудебного следствия с прекращением уголовного дела (ст. 214 УПК Украины) ограничивает действие конституционного принципа презумпции невиновности в процессе доказывания на досудебном следствии и право граждан, пострадавших от преступления, на защиту своих конституционных прав. Поэтому такой порядок следует изменить при введении судебного контроля за прекращением уголовных дел.

В частности, лишая возможности заинтересованных участников процесса ознакомиться с материалами уголовного дела и заявить ходатайство о дополнении следствия, законодатель создает условия для одностороннего обвинительного подхода к исследованию обстоятельств дела со стороны обвинения. Следовательно, он не может обеспечить не только всестороннее и объективное исследование виновности обвиняемого, но и защиту законных прав граждан, имеющих самостоятельный уголовно-правовой и гражданско-правовой интерес в деле. Это признают как авторы упомянутого Модельного Уголовно-процессуального кодекса для государств-участников СНГ (ч. 3 ст. 304), так и разработчики Проекта УПК Украины (ч. 4 ст. 243).

По нашему мнению, следователь, признав собранные по делу доказательств достаточными для принятия решения о прекращении уголовного дела, обязан объявить об этом обвиняемому (подозреваемому), его защитнику или законному представителю, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику или их представителям.

Объявление заинтересованным участникам процесса об окончании досудебного следствия до составления постановления о направлении уголовного дела в суд для принятия решения о его прекращении, по существу, означает, что вывод об окончании досудебного следствия делается до его завершения. Это противоречит вышеизложенной структуре завершающего этапа досудебного следствия.

Правильность таких рассуждений подтверждает и то обстоятельство, что вывод следователя о достаточности доказательств для принятия решения о прекращении уголовного дела может измениться, если заинтересованные участники процесса заявят обоснованные ходатайства о его дополнении.

Ознакомив указанных субъектов с систематизированными, пронумерованными и прошитыми материалами следственного производства, следователь рассматривает заявленные ходатайства и направляет уголовное дело со своим решением в суд. Копию своего итогового постановления следователь направляет прокурору, осуществляющему надзор за следствием, а также другим заинтересованным участникам уголовного процесса – обвиняемому (подозреваемому), его защитнику или законному представителю, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику и их представителям.

Целесообразно подчеркнуть, что УПК ФРГ, устанавливающим близкое по форме окончание досудебного следствия, не дает четких предписаний об обязательном ознакомлении обвиняемого и других участников процесса со всеми материалами дела. Отсутствуют такие предписания и в УПК Франции.

По нашему мнению, такая процессуальная процедура исключает равенство сторон как обязательный элемент принципа состязательности в уголовном процессе. Более того, она нарушает принцип презумпции невиновности, так как полностью игнорирует право стороны защиты иметь возможность активно и самостоятельно исследовать обстоятельства дела в целях обнаружения истины но делу, решения вопроса о виновности и наказании лица.

С позиции Конституции. Украины (ст.ст. 62 и 129) такой порядок окончания досудебного следствии противоречит предложенной автором конструкции завершения расследования. Он неприемлем для реформируемого уголовного процесса нашей страны.

Представляется, что судебный порядок прекращения уголовных дел должен быть связан с проверкой законности и обоснованности принятого следователем решения. Это обуславливает обязательное участие в судебной процедуре прекращения уголовного дела прокурора, осуществляющего надзор ;га досудебным следствием.

На наш взгляд, с позиции необходимости четкого отделения правосудия от судебного контроля прекращение уголовного дела должно производиться, в распорядительном заседании суда под председательством следственного судьи с участием прокурора и всех заинтересованных сторон – обвиняемого (подозреваемого), его защитника или законного представителя, потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей.

Рассмотрев поступившие материалы следственного производства, судья при согласии с выводами следователя о наличии оснований для прекращения уголовного дела выносит соответствующее постановление, а в случае обнаружения неполноты проведенного следствия, нарушения процессуальных норм принимает решение о возвращении уголовного дела на дополнительное расследование.

Для эффективной защиты личных прав и свобод граждан следственный судья должен быть наделен полномочиями по истребованию уголовных дел с целью установления обстоятельств, исключающих производство по делу, и даче соответствующего указания следователю о завершении расследования в связи с наличием в деле оснований для его прекращения.

Целесообразность сокращения уголовного дела именно в распорядительном заседании суда с участием всех заинтересованных субъектов сторон защиты и обвинения признают и 91 процент респондентов, а из числа прокуроров – 98 процентов, судей и адвокатов – 100 процентов.

С учетом ранее изложенных аргументов мы предлагаем ввести в реформируемое уголовно-процессуальное законодательство страны судебный порядок возмещения ущерба, причиненного гражданину в результате незаконных действий органов досудебного следствия. Такого рода мнение поддерживают и опрошенные участники уголовного процесса.

Так, 87 процентов следователей, 98 процентов начальников следственных подразделений, 100 процентов прокуроров, судей и адвокатов считают, что судебный порядок разрешения вопроса о возмещении ущерба, причиненного в результате незаконных действий органа досудебного следствия, создаст процессуальные гарантии защиты законных прав и интересов граждан.

Учитывая, что социально значимый результат может быть достигнут за счет действия не отдельной нормы, а их совокупности, образующей институт, автор пришел к выводу, что в соответствии с правилами кодификации указанная судебная процедура может быть детально урегулирована в рамках отдельной главы, комплексно разрешающей вопросы возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов досудебного следствия и дознания. Она должна быть выделена в структуре нового УПК Украины.

По мнению автора, статья 2 Закона Украины "О порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органон дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда" предметно подтверждает правильность предположения о том, что процедура возмещения ущерба, причиненного гражданам в результате незаконных действий органов досудебного расследования, находится в причинно-следственной связи с прекращением уголовных дел.

Следовательно, в целях установления экономичной процедуры, способствующей принятию законных и обоснованных решений, вполне логично возложить рассмотрение вопросов о возмещении ущерба, причиненного незаконными действиями органов досудебного расследования, на следственного судью, принимающего решение о прекращении уголовного .цела.

В 1997 году следователями органов внутренних дел Луганской области было прекращено 1157 уголовных дел по реабилитирующим основаниям. Лишь по каждому десятому из изученных автором уголовных дел следователи направляли такого рода уведомления лицам, в отношении которых прекращалось уголовное дело.

Такого рода следственна практика осложняет реализацию законного права гражданина на возмещение причиненного ему ущерба: на протяжении 1997 года в Следственное управление УМВД Украины в Луганской области не поступало ни одного соответствующего заявления от граждан.

Изучение порядка возмещения такого рода ущерба в системе МВД Украины показало, что следователи не могут быть объективно заинтересованы в реализации упомянутой нормы Положения, так как вынесение постановлений о возмещении причиненного ими ущерба руководством Следственного управления УМВД Украины, как правило, сопровождается вынесением в отношении следователей, допустивших нарушения закона, различных административных взысканий.

Представляется, что следственный судья, вынося решение о прекращении уголовного дела, должен разъяснить соответствующем)' лицу его право на возмещение ущерба, а также порядок и условия его реализации. Это создаст процессуальные гарантии защиты законных прав и интересов реабилитированных граждан.

Упразднение внесудебного порядка прекращения дел наверняка осложнит работу следователей, так как профессиональные и независимые следственные судьи будут предъявлять более жесткие требования к качеству расследования. Это понимают и сами следователи, 19 процентов которых в ходе опроса отрицательно отнеслись к необходимости введения в досудебное расследование судебной процедуры прекращения уголовных дел. Но введение указанной процессуальной процедуры – важная гарантия защиты от признания преступниками невиновных, от освобождения от уголовной ответственности лиц, совершивших тяжкие преступления. Это в интересах всего общества, всех его честных граждан.

Целесообразно подчеркнуть, что до 1927 года в уголовном процессе Украины существовал судебный порядок прекращения уголовных дел по всем основаниям. На наш взгляд, его устранение связано с действовавшими тогда тенденциями к упрощению форм судопроизводства, сокращению объема процессуальных гарантий, принижению роли суда.

История тоталитарного режима в СССР доказала правильность аксиоматического положения: дешевое правосудие дорого обходится обществу. Возрастание нагрузки в судах и усложнение следственной работы – не аргумент в защиту тех, кто экономит за счет законности в государстве.

Автор, с учетом ранее обоснованных предложений о внесении изменений в процессуальный статус следователя, прокурора и суда, а также в существующий порядок прекращения уголовного деда, предлагает внести соответствующие коррективы и в нормы УПК Украины, предусматривающие порядок окончания досудебного следствия с составлением обвинительного акта по делу. Эти предложения учитывают ангорское обоснование целесообразности введения в уголовное судопроизводство Украины термина "обвинительный акт" вместо термина "обвинительное заключения", которое будет приведено ниже.

Часть 1 статьи 217 УПК. Украины "Ознакомление потерпевшего, гражданского истца и гражданского ответчика с материалами дела" необходимо изложить в следующей редакции: "Признав собранные доказательства достаточными для составления обвинительного акта, следователь сообщает об этом потерпевшему и ею представителю, гражданскому истцу, гражданскому ответчику и их представителям, разъясняет им их право ознакомиться с материалами дела; об этом следователь составляет соответствующий протокол или приобщает к делу копию письменного сообщения".

Предлагается следующее наименование ст. 218 УПК Украины: "Объявление обвиняемому о наличии у следователя достаточных доказательств для составления обвинительного акта и предъявление ему материалов дела".

В части 1 статьи 218 УПК Украины слово "заключения" заменить на слово "акта", слова "что следствие по деду его закончено" заменить словами "об этом", а слово "предварительное"заменить словом "досудебное".

По мнению автора, в соответствии с понятием окончания досудебного следствия эти новеллы терминологически наиболее точно связывают его завершение с составлением итогового обвинительного документа и направлением уголовного дела в суд.

Учитывая наше предложение о необходимости введения в уголовный процесс судебного контроля за досудебным следствием, предлагаем заменить в последнем предложении части 6 ст. 218 УПК Украины слово "прокурором" на слово "следственным судьей".

Как известно, законодатель предусматривает, что после ознакомления с материалами уголовного дела обвиняемого и его защитника, следователь составляет соответствующий протокол (ч. 1 ст.. 220 УПК Украины).

Следует заметить, что закон требует совмещения в одном протоколе двух уголовно-процессуальных актов, связанных с объявлением обвиняемому о наличии у следствия достаточных доказательств для составления итогового обвинительного документа по делу и с предъявлением ему и его защитнику для ознакомления материалов дела.

Представляется, чту такое совмещение носит необоснованный характер. Во-первых, это взаимосвязанные, но разные по природе акты, а во-вторых, их осуществление, как правило, не совпадает во времени.

Тщательный анализ уголовно-процессуального законодательства показывает, что решение об объявлении обвиняемому о наличии у следствия достаточных доказательств для составления обвинительного акта {ч. 1 ст. 218 УПК Украины) принимается на основе нормы с абсолютно определенными признаками. Указанная норма не содержит альтернативных решений и ставит следователя перед определенным и категоричным выбором.

В отличие от вышеуказанного акта решение о предъявлении материалов уголовного дела основано на норме, содержащей относительно определенную гипотезу и диспозицию (чч. 2 и 4 ст. 218 УПК Украины).

Во-первых, принятие этого акта всецело зависит от решения должностного лица объявить обвиняемому о наличии у следствия достаточных доказательств для составления обвинительного акта, а также характера и содержания заявленных в связи с этим ходатайств.

Так, например, если обвиняемый заявил ходатайство о желании иметь защитника при ознакомлении с делом, оно подлежит обязательному удовлетворению (ст.ст. 47 и 218 УПК Украины). В этом случае вопрос о предъявлении ему материалов дела дли ознакомления откладывается на неопределенное время, что наглядно подчеркивает несовпадение осуществления указанных актов во времени.

Во-вторых, норма, регулирующая принятие акта о предъявлении материалов дела для ознакомления, учитывает конкретные обстоятельства поведения обвиняемого и защитника и поэтому предоставляет следователю право выбора одного из возможных вариантов решения: предъявить материалы уголовного дела только обвиняемому, предъявить материалы дела только защитнику, предъявить материалы дела обвиняемому и его защитнику, предъявить материалы уголовного дела для ознакомления раздельно обвиняемому и его защитнику, не предъявлять материалы дела обвиняемому и его защитнику (ч.ч. 1, 2 и 4 ст. 218 УПК Украины).

94 процента опрошенных респондентов не считают целесообразным совмещать в одном протоколе два указанных уголовно-процессуальных акта.

Таким образом, объявление обвиняемому о наличии у следствия доказательств для составления обвинительного акта и предъявлении ему и его защитнику материалов дела должны оформляться отдельными протоколами. Это требует внесения соответствующих корректив в ст.ст. 218 и 220 УПК Украины.

Представляется, что часть 3 ст. 218 УПК Украины необходимо изложить в следующей редакции: "Объявление обвиняемому о наличии у следователя достаточных доказательств для составления обвинительного акта и предъявление материалов дела для ознакомления оформляются протоколами, составленными с соблюдением правил ст. 220 УПК Украины".

Предлагается следующее наименование ст.220 УПК Украины: "Протоколы об объявлении обвиняемому о наличии у следователя достаточных доказательств для составление обвинительного акта и предъявлении ему и его защитнику материалов дела".

Часть 1 ст. 220 УПК Украины целесообразно изложить в следующей редакции: "Об объявлении обвиняемому о наличии у следователя достаточных доказательств для составления обвинительного акта и о предъявлении ему материалов дела для ознакомления следователь составляет отдельна протоколы с соблюдением правил ст. 85 УПК Украину Кроме того, в протоколе о предъявлении ему материалов дела указывается..." – и далее по тексту.

Указанные предложения автора соответствуют позиции ведущих ученых Украины и СНГ относительно конструкции окончания досудебного следствия.

По нашему мнению, существующая редакция ст. 221 УПК Украины не исключает, а предполагает ограничение одной из важных гарантий полноты и объективности расследования – право обвиняемого на защиту. Ее нормы не создают реальных временных условий обвиняемому и его защитнику не только для заявления обоснованных ходатайств о дополнении следствия, но и для обжалования постановлений следователя о частичном или полном отказе в их удовлетворении.

На это указывают и авторы Модельного Уголовно-процессуального кодекса (ст. 309). Вместе с тем разработчики упомянутого Проекта УПК Украины не создают таких правовых предпосылок для реализации принципа презумпции невиновности мри окончании расследования (ст.243).

Вышеизложенное обуславливает внесение в ст. 221 следующих изменении:

  • часть 1 предлагается дополнить предложением: "Подготовка и заявление ходатайств осуществляется в течение 3 суток с момента ознакомления с материалами уголовного дела";
  • часть 3 целесообразно дополнить предложением: "Следователь обязан разъяснить ям право в 3-дневный срок обжаловать его постановление в суд. При этом направление уголовного деда прокурору должно быть отложено до истечения этого срока".

По нашему мнению, следуя конституционному принципу равенства сторон в уголовном процессе, а значит и его состязательным началам, указанные предложения необходимо распространив на потерпевших, гражданских истцов, гражданских ответчиков и их представителей путем внесения следующего дополнительного предложения в часть 3 ст. 217 УПК Украины: "Сроки подготовки и заявления ходатайств, а также обжалования решений следователя об отказе в их удовлетворения осуществляются по правилам ч. 1 и 3 ст. 221 настоящего Кодекса".

Представляется, что указанные дополнения в полной мере необходимо реализовать и при определении порядка разрешения ходатайств при ознакомлении заинтересованных участников процесса с материалами прекращаемого уголовного дела (ст. 214 УПК Украины).

Целесообразность установления участникам процесса, которым по закону предоставлено право на ознакомление с материалами уголовного дела, определенного временного периода для заявления ими ходатайств о дополнении следствия и обжалования постановлений следователя о частичном или полном отказе в их удовлетворении у следственного судьи, подтвердил и проведенный автором опрос указанных пяти групп участников уголовного процесса.

Из 577 опрошенных 550 респондентов (95 процентов) поддержали обоснованность предложения автора. При этом 100 процентов адвокатов, имеющих, как известно, право представлять в уголовном судопроизводстве интересы как стороны защиты, так и стороны обвинения, своим положительным ответом на указанный выше вопрос, по существу, объективно признали, что действующее законодательство (ч. 3 ст. 217 и ст. 221 УПК Украины) не исключает, а предполагает ограничение процессуальных прав заинтересованных участников процесса при ознакомлении с материалами законченного производством уголовного дела.

По мнению автора, изложенные предложения усиливают взаимосвязанный характер системы процессуальных действий следователя при прекращении уголовного дела и завершении расследования с составлением итогового обвинительного акта. В условиях характерного для уголовного судопроизводства процесса унификации правового содержания это обуславливает возможность разработки в реформируемом законодательстве единой процедуры для всех форм окончания досудебного следствия.

Целесообразность разработки унифицированной процедуры окончания досудебного следствия, по существу, признают и авторы Модельного Уголовно-процессуальном кодекса для государств-участников СНГ (ст.ст. 304, 307, 308).

Последовательно придерживаясь предложенной процессуальной конструкции окончания досудебного следствия, считаем целесообразным лишить прокурора права утверждать итоговый обвинительный документ но делу.

Во-первых, в пользу такого предложения говорят не только приведенные: ранее аргументы о необходимости лишения прокурора права руководить досудебным следствием, но и общепринятые в теории уголовного процесса интеллектуально-волевые, формально-логические и психологические начала принятия процессуальных решений, разновидностью которых является итоговый обвинительный документ по делу.

Во-вторых, решение как акт мыслительно-волевой деятельности должно быть выражено в такой форме, которая делает его понятным и убедительным для участников процесса. Предъявление таких требований игнорируется законодателем, который предписывает в соответствии с п. 1 ст. 229 УПК Украины оформлять решение прокурора по поступившему к нему итоговому обвинительному документу в форме резолюции на документе: ("Утверждаю").

В-третьих, рациональность предложения автора подтверждают и результаты изучения знаний и опыта участников уголовного судопроизводства.

92 процента респондентов, последовательно отстаивая ранее высказанное ими мнение о необходимости освобождения прокурора от функции руководства следствием (это мнение автора также поддержало 92 процента опрошенных), считают целесообразным лишить «трава прокурора утверждать итоговый обвинительный документ по уголовному делу. Характерно, что предложение автора поддержало не только абсолютное большинство следователей (84 процента) и начальников следственных подразделений (98 процентов), но и 78 процентов "заинтересованных" прокуроров.

Лишение прокурора права утверждать обвинительный акт следователя в условиях возложения на него функции поддержания государственного обвинения в суде инициирует дискуссию о необходимости возложения на него обязанности составления итогового документа по делу.

В этой связи следует отметить, что в литературе уже было высказано обоснованное мнение о невозможности реализовать предложение, связанное с возложением на прокурора обязанности составлять итоговый обвинительный документ по делу. Оно заключается в следующем.

Во-первых, указанное предложение не учитывает отечественные традиции досудебного следствия, оправданные длительной практикой.

Во-вторых, его реализация потребует увеличения количества прокуроров в 5 раз, что представляется практически невозможным в нынешних экономических условиях страны.

Автор считает нецелесообразным реализацию указанного предложения и по другим основаниям.

Как уже неоднократно отмечалось, ранее, возложение на прокурора права или обязанности выносить какие-либо акты по делу, в расследовании которого он не принимает непосредственного участия, противоречит познавательному характеру уголовно- процессуальной деятельности и основанному на нем механизму принятия решения.

Более того, обвинительный акт следователя по своей форме и содержанию должен быть выводом обвинительной власти, ее обращением к суду с требованием о рассмотрении уголовного дела в отношении конкретного лица в рамках предъявленного ему обвинения. На это, по существу, указывают конституционные принципы презумпции невиновности и поддержания прокурором государственного обвинения в суде (ст. 62 и п. 5 ст. 129 Основного Закона).

По мнению автора, деятельность прокурора, осуществляющего надзор за досудебным следствием, не может непосредственно порождать функцию обвинения, прямо связанную с несвойственной его законоохранительному статусу функцией расследования.

Исходя из сущности прокурорского надзора, его деятельность нацелена только на обеспечение законности по формированию функции обвинения с момента привлечения лица в качестве обвиняемого и до окончания расследования, когда следователь в результате объективного и всестороннего исследования обстоятельств дела установит истину для себя и придет к выводу, что с учетом требований закона обвиняемый виновен в совершении конкретного преступления.

На правильность подобного рода рассуждений указывает и терминология, используемая законодателем для определения метода прокурорского надзора, – поддержание государственного обвинения в суде (и. 1 ст. 121 Конституции Украины).

Употребление слова "поддержание" в значении "не дать прекратиться, нарушиться чему-нибудь" применительно к функции обвинения означает только одно: прокурор осуществляет деятельность, направленную на отстаивание в суде перед стороной зашиты законности итогового решения следователя, связанною с изобличением обвиняемого в инкриминируемом ему преступлении и обоснованием необходимости привлечения его к уголовной ответственности в форме публичного осуждения, что и возводит его в статус стороны обвинения.

Однако "...деятельность – это не реакция и не совокупность реакции, а система, имеющая строение, свои внутренние переходы и превращения, свое развитие." С этой позиции вполне очевидно, что для обеспечения урегулированного правового режима защиты своего процессуального интереса как стороны обвинения при предании обвиняемого суду прокурор обязан на стадии досудебного расследования принять конкретное решение по вопросу о поддержании в суде обвинения, сформулированного в обвинительном акте следователя.

Как уже было сказано, характер такого рода решений прокурора прямо зависит от его выводов относительно законности окончательного обвинения следователя. Значит, содержание решения прокурора о поддержании государственного обвинения в суде связано с результатами прокурорской проверки, осуществляемой, как известно, по правилам процессуальной формы независимо от специфики прокурорского надзора. Для этого требуется сохранить в УПК Украины норму, обязывающую следователя после составления обвинительного акта направлять уголовное дело прокурору (ст. 225 "Направление уголовного дела прокурору").

Как известно, в Законе "О прокуратуре" прямо не указана форма, в которую прокурор облекает результаты проверки законности деятельности поднадзорных органов. Это позволяет предположить, что законодатель не стремится максимально регламентировать законоохранительную деятельность прокурора и тем самым ограничить или исключить вовсе его творческий подход к решению возникающих перед ним задач. Он оставляет за прокурором право выбора наиболее целесообразного оформления результатов его проверки. Это подтверждает анализ специальной литературы и прокурорской практики.

В этой связи необходимо отметить, что в уголовном процессе Украины (п. 2 ст. 227 УПК) на протяжении длительного периода применяется законодательная практика оформления результатов прокурорской проверки в форме постановления (например, постановление об отмене постановления о прекращении уголовного дела), которое одновременно выступает и как средство реагирования прокурора на выявленное нарушение закона. Более того, в практической деятельности прокуратуры постановление как средство (акт) прокурорского реагирования часто применяется в комплексе с другими (например, с указаниями прокурора).

Представляется, что прокурор, проверив законность и обоснованность обвинительного акта следователя (ст. 228 УПК Украины), руководствуясь общеизвестными процессуальными правилами, может вынести постановление о поддержании государственного обвинения в суде либо постановление об отказе в поддержании государственного обвинения в суде.

Некоторые из отечественных процессуалистов не отрицают необходимости оформления решения о поддержании государственного обвинения в суде постановлением прокурора именно в стадии досудебного расследования.

По нашему мнению, в его резолютивной части должно быть, во-первых, сформулировано решение о поддержании соответствующей прокуратурой государственного обвинения в суде. Во-вторых, это структурная часть постановления должна содержать решение прокурора либо о поддержании обвинения им самим, либо о назначении государственного обвинителя из числа подчиненных ему должностных лиц. В-третьих, указанное постановление должно отражать решение прокурора о направлении материалов уголовного дела в конкретный суд по подсудности. И, в-четвертых, с позиции конституционных «принципов презумпции невиновности и состязательности сторон в уголовном судопроизводстве в резолютивной части постановления необходимо сформулировать решение уведомить заинтересованных участников о поддержании прокурором государственного обвинения в суде.

Следуя предложенной автором процессуальной конструкции, в случае принятия решения об отказе поддержать обвинение прокурор выносит соответствующее постановление. Оно должно содержать формулировку об отказе в поддержании государственного обвинения, а также о внесении протеста в соответствующее следственное подразделение.

В протесте, по нашему мнению, должны найти отражение предложения прокурора о направлении уголовного дела в суд для принятия решения о его прекращении или проведении дополнительного расследования.

При отклонении протеста следователем прокурор обращается к следственному судье с заявлением о признании обвинительного акта незаконным, а в случае его неудовлетворения – в соответствующий вышестоящий суд.

Принятие решения об отказе поддержать обвинение, в сущности, устраняет конституционный принцип состязательности судебного разбирательства, так как возлагает в отсутствие прокурора на суд обвинительную функцию. Для решения этой проблемы, по нашему мнению, суд, принимая решение об отказе прокурору в удовлетворении его незаконных требований, вполне логично должен поставить вопрос перед вышестоящим прокурором о даче соответствующего указания прокурору или о замене государственного обвинителя.

Изложенное обуславливает исключение из УПК Украины ст. 230 "Составление прокурором нового обвинительной» заключения" и внесение соответствующих правовых корректив в статьи 227-229, 231 и 232 УПК Украины.

Законодательная реализация наших предложений предопределяет, на наш взгляд, расширение полномочий прокурора в суде и исключение из полномочий суда права возвращать уголовные дела на дополнительное расследование. Как справедливо отмечается в литературе, такого рода реформирование уголовного судопроизводства страны объективно обусловлены действием в нем конституционных принципов презумпции невиновности, состязательности сторон и поддержание государственного обвинения в суде прокурором.

Целесообразно подчеркнуть, что по такому пути идет законодатель Республики Молдова, в которой с 1 июля 1995 года в целях обеспечения принципа состязательности в уголовном судопроизводстве были внесены соответствующие изменения в УПК страны и Закон "О прокуратуре Республики Молдова".

В действующем Уголовно-процессуальном законодательстве Республики Молдова прокурор обязан поддерживать государственное обвинение в суде по всем уголовным делам без исключения, в том числе и на стадии придания суду. Институты дополнительного досудебного расследования, возбуждения и прекращения уголовных дел из судебного производства исключены. Суд не имеет права в ходе судебного разбирательства истребовать дополнительные доказательства и исследовать новые обстоятельства дела. У прокурора в связи в этим расширены права по поддержанию государственного обвинения. Так, в случае отсутствия достаточных доказательств, подтверждающих вину подсудимого, по ходатайству прокурора может быть на один месяц отложено слушание дела. В ходе указанного времени прокурор собирает новые доказательства вины подсудимого. Слушание дела возобновляется тем же составом суда.

Указанные нововведения, по мнению отечественных процессуалистов, значительно улучшили показатели работы органов досудебного следствия, повысили ответственность судов и прокуроров. На это указывает анализ сложившейся в Республике Молдова следственно-прокурорской практики.

Характеристика процессуальных решений следователя, связанных с составлением постановления о направлении дела в суд для разрешения вопроса о применении мер медицинского характера, рассмотрена в юридической литературе достаточно подробно. Это позволяет автору акцентировать внимание только на разработке предложений, связанных с формированием демократической процедуры окончания досудебного следствия в указанной форме.

Учитывая, что законодатель (ч. 1 ст. 417 УПК Украины) устанавливает для окончания следствия по делам о деяниях невменяемых лиц правила, установленные ст.ст. 212-222 УПК Украины, мы предлагаем ввести разработанный нами порядок направления материалов следственного производства в суд с постановлением о направлении уголовного дела в суд для принятия решения о его прекращении либо с обвинительным актом и в процедуру окончания досудебного следствия с составлением постановления о направлении дела в суд для разрешения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера. Такая процессуальная конструкция создаст не только дополнительные гарантии защиты законных прав и интересов психически неполноценных граждан, но и условия для действия унифицированного порядка окончания досудебного следствия. Это обуславливает внесение соответствующей правовой корректировки в ч.1 ст. 417 УПК Украины.

Как известно, в соответствии со ст. 418 УПК Украины прокурор, согласившись с постановлением следователя о направлении дела в суд для применения принудительных мер медицинского характера, утверждает его и направляет уголовное дело в суд.

На наш взгляд, необходимо лишить прокурора права утверждать указанное постановление следователя в новом УПК страны по тем же основаниям, по которым ранее было предложено лишить его права утверждать итоговый обвинительный документ по делу.

Более того, принятие следователем решения о направлении дела в суд для применения принудительных мер медицинского характера, как это было уже отмечено, опосредует функция обвинения, которая окончательно реализуется только в процессуальном смысле. Следовательно, с позиции обеспечения принципа состязательности сторон в суде (п. 4 ст. 129 Конституции Украины) и возложения на прокуратуру обязанности представительства интересов государства в суде (п. 2 ст. 121 Конституции Украины) в судебном рассмотрении дела о деяниях невменяемых должен принимать обязательное участие прокурор.

Правильность подобного рода рассуждений подтверждает и анализ ч. 2 ст. 419 УПК Украины, согласно которой рассмотрение дел о применении принудительных мер медицинского характера "...производится в открытом судебном заседании с обязательным участием прокурора".

Установленная автором взаимосвязь через функцию обвинения всех рассмотренных трех форм окончания досудебного следствия позволяет унифицировать оформление результатов проверки прокурором законности итогового решения следователя.

Проверив в порядке ст. 418 УПК Украины законность и обоснованность решения следователя о направлении дела в суд для применения принудительных мер медицинского характера, прокурор выносит либо постановление о представлении прокуратурой в суде интересов стороны обвинения, либо постановление об отказе в представлении в суде интересов стороны обвинения с внесением протеста в соответствующее следственное подразделение.

По мнению автора, в протесте должны найти отражение предложения прокурора о направлении уголовного дела в суд для принятия решения о его прекращении или проведении дополнительного расследования.

На наш взгляд, прокурор не может принять решение о поддержании государственного обвинения в суде по рассматриваемой категории уголовных дел в связи с тем, что обвинение не выдвинуто следователем в материальном смысле.

Вышеизложенное обуславливает правовую корректировку ст. 418 УПК Украины.

Таким образом, скончание досудебного следствия – заключительный этап исследования, в ходе которого следователь на основе собранных по делу доказательств принимает процессуальные решения, связанные с подведением итогов, а также с дальнейшим движением дела, направленным на окончательную реализацию функции обвинения на досудебном следствии.

Источник – глава из монографии:

Гришин Ю.А. Окончание досудебного следствия с составлением обвинительного заключения: проблемы и пути реформирования: , Монография. – Луганск: РИО ЛИВД, 1999. – 252 с.

Реклама
Задачи по экономике с решениями
Статьи по экономике