Финансирование терроризма

Вступая в третье тысячелетие, мировое сообщество столкнулось с проявлениями международного терроризма во всех его формах. События 11 сентября 2001 года в США показали миру опасность, которая исходит от терроризма. Международное сообщество обратило внимание на связь террористической деятельности c отмыванием "грязных" капиталов. В ответ на нападения террористических организаций на США международные организации приняли документы, направленные на противодействие распространению этого явления в мире. Так, Совет Безопасности ООН 28 сентября 2001 годаВ на 4385-м заседании осудил террористические акты на города США. В принятой им резолюции № 1373 было особо указано на необходимость международного сотрудничества стран, а также принятия дополнительных мер для предупреждения на своих территориях финансирования актов терроризма и борьбы с ним. Совет Безопасности ООН в своем документе также сделал акцент на необходимости государствам криминализовать "умышленное предоставление или сбор средств, любыми методами, прямо или косвенно, их гражданами или на их территории с намерением, чтобы такие средства использовались – или при осознании того, что они будут использованы, – для совершения террористических актов". Кроме того, Совет Безопасности ООН учредил Контртеррористический комитет для контроля за выполнением данной резолюции.

12 сентября 2002 года Украина ратифицировала Международную конвенцию о борьбе с финансированием терроризма, принятую резолюцией 54/109 Генеральной Ассамблеи ООН от 9 декабря 1999 года. В Конвенции отмечается, что финансирование терроризма является предметом серьезной озабоченности международного сообщества в целом, количество и тяжесть актов международного терроризма зависят от финансирования, к которому террористы могут получить доступ. В документе говорится о необходимости укрепления международного сотрудничества по разработке и принятию эффективных мер для недопущения финансирования терроризма, а также борьбы с ним путем преследования и наказания совершающих его лиц.

В ст. 2 Международной конвенции о борьбе с финансированием терроризма (1999 г.) государствам предлагается признать уголовными преступлениями случаи, когда субъект "любыми методами, прямо или косвенно, незаконно и умышленно предоставляет средства или осуществляет их сбор с намерением, чтобы они использовались, или при осознании того, что они будут использованы, полностью или частично, для совершения:

  • какого-либо деяния, представляющего собой преступление согласно сфере применения одного из договоров, перечисленных в Приложении, и содержащемуся в нем определению;
  • любого другого деяния, направленного на то, чтобы вызвать смерть какого-либо гражданского лица или любого другого лица, не принимающего активного участия в военных действиях в ситуации вооруженного конфликта, или причинить ему тяжкое телесное повреждение, когда цель такого деяния в силу его характера или контекста заключается в том, чтобы запугать население или заставить правительство или международную организацию совершить какое-либо действие или воздержаться от его совершения…".

В статье 5.2.2 (уголовное преступление, состоящее в финансировании терроризма) Типового законодательства об отмывании денег и финансировании терроризма, подготовленного Управлением Организации Объединенных Наций по наркотикам и преступности совместно с Международным валютным фондом (2003 г.), были закреплены сходные с перечисленными международно-правовыми документами Организации Объединенных Наций признаки финансирования терроризма.

Кроме Организации Объединенных Наций, на события в США отреагировали и другие международные организации. Так, 31 декабря 2001 года FATF, признавая исключительную необходимость противодействия финансированию терроризма, в дополнение к 40 рекомендациям по борьбе с отмыванием денег приняла 8 специальных, в которых предлагает государствам законодательно установить преступный характер финансирования терроризма. В октябре 2004 года FATF принимает девятую специальную рекомендацию.

В рекомендациях указывается на необходимость ратификации Международной конвенции о борьбе с финансированием терроризма, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 9 декабря 1999 года; установления уголовной ответственности за финансирование терроризма; установления обязанности для кредитно-финансовых учреждений информировать правоохранительные органы о подозрительных операциях или настораживающих действиях клиентов, свидетельствующих о возможной связи с террористическими организациями, а также придерживаться требований о сборе необходимой информации о клиентах, совершающих денежные переводы и другое; предлагается использовать конкретные механизмы замораживания, ареста и конфискации активов.

Несмотря на то, что на территории Украины террористические группировки не проявляют такой активности, как, например, в США, Испании, Ираке, Афганистане, Израиле, России и других странах, угроза национальной безопасности Украины существует. Так, в Российской Федерации в 2006 году в производстве следователей правоохранительных органов находилось 292 уголовных дел, возбужденных по статье 205 (террористический акт) УК РФ, из них 278 расследовалось в субъектах Федерации Южного федерального округа, который по суше граничит с двумя областями Украины (Луганской и Донецкой).

Кроме того, Украина предоставляет военную и другую помощь странам, ведущим борьбу с террористическими группировками в Африке, на Ближнем Востоке, Балканах и в других "горячих точках". Как справедливо отмечается в Программе реализации положений Варшавской конференции по общей борьбе против терроризма, утвержденной Кабинетом Министров Украины 14 декабря 2001 г., существует и угроза возникновения терроризма в Украине. Это обусловлено присутствием в стране лиц, причастных к международным террористическим организациям, наличием структур с признаками незаконных военизированных формирований и возможностью их использования в борьбе за власть, возможным усилением процесса нелегальной миграции в связи с антитеррористической операцией США и их союзников по НАТО в Афганистане и рядом других обстоятельств. В качестве одного из направлений противодействия терроризму указанная Программа предусматривает повышение эффективности международного обмена информацией об источниках финансирования террористических организаций.

В Украине идет процесс совершенствования законодательства в сфере противодействия финансированию терроризма. Так, в сентябре 2002 года Верховная Рада ратифицировала Международную конвенцию ООН по борьбе с финансированием терроризма (1999 г.), подтвердив свои намерения относительно борьбы с этим опасным явлением. 28 ноября 2002 года был принят Закон Украины "О предупреждении и противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем", где в преамбуле указывается, что этот Закон регулирует отношения в сфере предупреждения и противодействия внедрению в легальное обращение доходов, полученных преступным путем, и направлен на борьбу с финансированием терроризма.

Рациональность такого подхода не вызывает сомнений, так как с целью финансирования терроризма используется экономика государств, в которых неэффективно ведется борьба с легализацией. Как верно отмечено в Типовом законодательстве об отмывании денег и финансировании терроризма, подготовленном Управлением Организации Объединенных Наций по наркотикам и преступности совместно с Международным валютным фондом (2003 г.), те, кто занимается финансированием терроризма, злоупотребляют возможностями финансовой системы, подобно лицам, которые занимаются отмыванием денег. Чтобы добиться своей цели, им необходимо получить и направить средства для дальнейшего использования таким образом, который представляется законным. Поэтому можно прийти к выводу о том, что между отмыванием "грязных" денег и финансированием терроризма есть определенное сходство.

Следует помнить, что с 2001 по 2004 год Украина входила в "черный" список государств, которые не сотрудничают в сфере борьбы с отмыванием преступных доходов. Принятые меры были явно недостаточны для создания действенной системы борьбы с отмыванием "грязных" денег, и в декабре 2002 года FATF рекомендовала применять санкции к нашей стране. Это снижало авторитет Украины на международной арене и стимулировало дальнейшую работу по формированию правовой основы борьбы не только с легализацией преступных доходов, но и с финансированием терроризма.

Необходимо отметить, что в Украине приняты правительственные программы, определяющие стратегию государства в сфере противодействия не только отмыванию доходов, полученных преступным путем, но и финансированию терроризма. Так, например, в программе создания Единой государственной информационной системы в сфере предотвращения и противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма на период до 2005 года, утвержденной Кабинетом Министров Украины 10 декабря 2003 года, отмечается, что использование финансовой системы с целью легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма представляет серьезную опасность для развития национальной экономики, ставит под угрозу национальную безопасность и снижает международный авторитет Украины. Кроме того, в Концепции развития системы предупреждения и противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма на 2005 – 2010 годы определено, что противодействие отмыванию доходов, добытых преступным путем, и финансированию терроризма является неотъемлемой составляющей борьбы с преступностью.

Подход законодателя Украины полностью обоснованный, поскольку субъекты с целью финансирования террористических актов используют экономику государств, где неэффективно ведется борьба с отмыванием "грязных" средств. Национальная система мероприятий по противодействию легализации преступных доходов для правоохранительных органов является хорошим средством для устранения условий, которые способствуют проявлениям терроризма.

Анализ судебно-следственной практики применения норм, которые предусматривают ответственность за отмывание преступных доходов, а также за финансирование террористических группировок, в некоторых странах – участницах СНГ показал, что правоприменительные органы сталкиваются с трудностями в понимании признаков отмывания, терроризма, финансирования терроризма, экстремизма и др. Это не способствует успешному решению задач уголовно-правовой квалификации, в результате чего затрудняется привлечение виновных к уголовной ответственности.

Особенный интерес вызывает определение места отмывания и финансирования терроризма в системе уголовного законодательства. В Уголовном кодексе Украины в редакции 2001 г. ч. 4 ст. 258 (террористический акт) была установлена ответственность за материальное содействие созданию либо деятельности террористической группы или террористической организации. Несмотря на то, что в данной норме отдельно не выделялись действия, направленные на финансирование терроризма, они охватывались более широким понятием – "содействие созданию либо деятельности террористической группы или террористической организации".

Поэтому, если лицо, например, предоставляло либо собирало денежные средства или иное имущество для террористической группы либо террористической организации, его деяния подпадали под признаки ч. 4 ст. 258 УК Украины в редакции 2001 г. В соответствии с данной уголовно-правовой нормой ответственность за финансирование терроризма была установлена выше, чем за совершение террористического акта. Так, если террористический акт законодатель Украины относил к категории тяжкого преступления, то содействие созданию или деятельности террористической группы либо террористической организации было отнесено к особо тяжким преступлениям.

Говоря о финансировании террористических групп или террористических организаций, необходимо выделить и их признаки. В ст. 1 (определение терминов) Закона Украины от 20 марта 2003 года № 638-IV "О борьбе с терроризмом" дается определение террористической группы и организации. Так, под террористической группой следует понимать группу из двух и больше лиц, которые объединились с целью осуществления террористических актов. Террористическая организация – это устойчивое объединение трех и больше лиц, созданное с целью осуществления террористической деятельности, в рамках которого осуществлено распределение функций, установлены определенные правила поведения, обязательные для этих лиц во время подготовки и совершения террористических актов. Организация признается террористической, если хотя бы одно из ее структурных подразделений осуществляет террористическую деятельность с ведома хотя бы одного из руководителей (руководящих органов) всей организации. В этой же статье действия по финансированию заведомо террористических групп (организаций) или другому содействию отнесены к террористической деятельности.

Как показывает анализ ч. 1 ст. 258 УК Украины в редакции 2001 г., а также Закона Украины от 20 марта 2003 года № 638-IV "О борьбе с терроризмом", террористические группы и организации должны действовать с целью нарушения общественной безопасности, устрашения населения, провокации военного конфликта, международного осложнения или в целях воздействия на принятие решений либо совершение или несовершение действий органами государственной власти или органами местного самоуправления, должностными лицами этих органов, объединениями граждан, юридическими лицами либо привлечения внимания общественности к определенным политическим, религиозным или другим взглядам виновного (террориста).

Логично, на наш взгляд, будет предположить, что, кроме приведенных признаков, террористическая группа должна иметь соответствующие признаки группы по предварительному сговору (простая форма соучастия) либо организованной группы, которые определены в чч. 2 и 3 ст. 28 УК Украины. Признаки террористической организации сходны с признаками преступной организации, закрепленными в ч. 4 ст. 28 УК Украины.

Исходя из этого, террористическую группу следует рассматривать как группировку, в которой принимают участие несколько лиц (два или более), предварительно объединившихся для совершения одного либо нескольких террористических актов, объединенных целью нарушения общественной безопасности, устрашения населения, провокации военного конфликта, международного осложнения, воздействия на принятие решений либо совершение или несовершение действий органами государственной власти или органами местного самоуправления, должностными лицами этих органов, объединениями граждан, юридическими лицами, привлечения внимания общественности к определенным политическим, религиозным или другим взглядам членов террористической группы, с распределением функций его участников, направленных на достижение поставленной цели, известной всем участникам группы.

Под террористической организацией следует понимать устойчивое, иерархическое объединение нескольких лиц (трех и более), члены которого или структурные части которого по предварительному сговору сорганизовались для общей деятельности с целью непосредственного совершения тяжких или особо тяжких преступлений участниками этой группировки, или руководства или координации преступной деятельности других лиц, или обеспечения функционирования как самой преступной организации, так и других преступных групп с целью нарушения общественной безопасности, устрашения населения, провокации военного конфликта, международного осложнения, воздействия на принятие решений либо совершение или несовершение действий органами государственной власти или органами местного самоуправления, служебными лицами этих органов, объединениями граждан, юридическими лицами, привлечения внимания общественности к определенным политическим, религиозным или другим взглядам членов террористической организации.

Поскольку признаки террористической организации имеют сходство с признаками преступной организации, возникает вопрос, нужно ли квалифицировать действия лица, которое финансирует террористическую организацию, по ч. 1 ст. 255 УК Украины со ссылкой на соответствующую часть ст. 27 УК Украины как финансирование преступной организации.

Как представляется, ч. 4 ст. 258 УК Украины в редакции 2001 г. охватывает все признаки содеянного. Здесь имеет место конкуренция общей и специальной норм, поэтому квалифицировать действие субъекта необходимо по ч. 4 ст. 258 УК Украины в редакции 2001 г., которая в приведенной ситуации будет специальной.

Вместе с тем, остается неясным, как квалифицировать финансирование деятельности одного лица (террориста), совершающего террористический акт.

В этом случае действия такого субъекта необходимо было бы квалифицировать по ч. 4 ст. 258 УК Украины в редакции 2001 г., со ссылкой на ч. 5 ст. 27 УК Украины. Такая квалификация обусловлена тем, что деятельность исполнителя (террориста) и лица, оказывающего финансовую поддержку для выполнения террористического акта, образует террористическую группу.

Деятельность участников террористического акта, действующих по предварительному сговору, следовало бы квалифицировать по ч. 2 ст. 258 УК Украины в редакции 2001 г. со ссылкой на соответствующую часть ст. 27 УК Украины.

Таким образом, возникала ситуация, при которой ответственность пособника, оказывающего финансовую либо иную поддержку террористу, была значительно выше по сравнению с деятельностью иных участников террористического акта.

Законом Украины от 21 сентября 2006 года № 170 V "О внесении изменений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы Украины по предупреждению терроризма" в уголовное законодательство были включены: ст. 258-3 (создание террористической группы или террористической организации), ст. 258-4 (содействие совершению террористического акта) и ряд других правовых норм. Часть 4 ст. 258 УК Украины была исключена.

Следует отметить, что изменению законодательства по противодействию терроризма предшествовала длительная законотворческая деятельность. В комитетах Верховной Рады Украины рассматривались несколько законопроектов, устанавливающих уголовную ответственность за финансирование терроризма.

Так, например, в проекте Закона Украины от 14 марта 2005 года № 7180 предлагалось дополнить УК Украины ст. 258-1 (финансирование терроризма), предусмотрев в ней ответственность за такие деяния, как предоставление денежных средств либо иного имущества, а также сбор денежных средств либо иного имущества лицом, которое знало либо заведомо предполагало, что их могут использовать для совершения любого из деяний, предусмотренных статьями 112, 147, 258 – 261, 265 – 267, 274, 278, 443 и 444 этого Кодекса. Однако это предложение являлось достаточно спорным, ввиду того, что действия, указанные в данной правовой норме, следует рассматривать как создание условий для совершения преступлений, предусмотренных вышеперечисленными статьями. Действия виновного подлежали бы квалификации по одной из указанных правовых норм со ссылкой на ч. 1 ст. 14 УК Украины.

На развитие законодательства по борьбе с финансированием терроризма в Украине во многом повлияли международно-правовые документы, принятые Содружеством Независимых Государств.

Так, на уровне СНГ признаки финансирования терроризма впервые были сформулированы в ст. 1 (основные понятия) Модельного Закона "О противодействии организациям и лицам, деятельность которых имеет целью осуществление актов терроризма на территории других государств", принятого на двадцать четвертом пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств – участников СНГ (постановление № 24-5 от 4 декабря 2004 года). Под финансированием терроризма понималась передача в любой форме (открыто, скрытно, через посредников и т.д.) организаторам или исполнителям актов терроризма денежных средств или иного имущества, необходимых для осуществления акта терроризма.

В последующем понятие финансирования терроризма трансформировалось. Так, Модельный Закон СНГ "О противодействии финансированию терроризма", принятый на двадцать седьмом пленарном заседании Межпарламентской Ассамблеи государств – участников СНГ (постановление № 27-6 от 16 ноября 2006 года), предлагает под финансированием терроризма понимать предоставление или сбор средств либо оказание финансовых услуг с осознанием того, что они предназначены для финансирования организации, подготовки и совершения хотя бы одного из деяний, определяемых нормами национального законодательства как преступления террористического характера, либо для обеспечения террористической организации.

Сходная дефиниция финансирования терроризма сформулирована в ст. 2 Договора государств – участников Содружества Независимых Государств "О противодействии легализации (отмыванию) преступных доходов и финансированию терроризма".

Соответственно, данное понимание финансирования терроризма легло в основу построения нормы Модельного Уголовного кодекса для государств – участников Содружества Независимых Государств, предусматривающей ответственность за финансирование преступлений террористического характера или террористической организации (ст. 177-2). Странам – участницам СНГ предлагалось установить уголовную ответственность за финансирование преступлений террористического характера или террористической организации, то есть за предоставление прямо или косвенно средств или их сбор, а равно предоставление финансовых или иных соответствующих услуг либо льгот в целях использования их, полностью или частично.

В ряде государств – участников СНГ законы, направленные на борьбу с отмыванием преступных доходов, были дополнены положениями, определяющими борьбу с финансированием терроризма. Кроме того, государства – участницы СНГ закрепили уголовную ответственность за финансирование терроризма (Россия, Беларусь, Молдова, Азербайджан). В уголовном законодательстве Республики Казахстан (ст. 233-3) предусмотрена ответственность за финансирование, как террористической деятельности, так и экстремизма.

Статья 258-3 УК Украины устанавливает ответственность за совершение одного из перечисленных деяний:

  1. создание террористической группы;
  2. создание террористической организации;
  3. руководство террористической группой;
  4. руководство террористической организацией;
  5. участие в террористической организации;
  6. участие в террористической группе;
  7. материальное содействие созданию или деятельности террористической группы либо террористической организации;
  8. организационное содействие созданию или деятельности террористической группы либо террористической организации;
  9. иное содействие созданию или деятельности террористической группы либо террористической организации.

Под иным содействием созданию или деятельности террористической группы либо террористической организации можно понимать финансирование деятельности таких объединений. Оказание финансового содействия может осуществляться в виде перевода денежных средств на счет членов террористической группы или организации, непосредственной передачи таких средств либо иным путем.

Финансовая помощь на создание террористического формирования заключается, например, в оплате усилий субъекта по подысканию соучастников совершения террористического акта, их обучению, аренде помещения, покупке транспорта и т.д. Такая поддержка может осуществляться до образования террористической группы. Кроме того, финансирование может быть направлено на обеспечение функционирования деятельности созданной террористической группы или организации. Преступление следует считать оконченным с момента совершения одного либо нескольких действий по оказанию финансовой поддержки создаваемой либо уже действующей террористической группе либо организации независимо от того, совершили ее члены террористический акт или нет.

Статья 258-4 УК Украины предусматривает следующие формы объективной стороны:

  1. вербовку лица с целью совершения террористического акта;
  2. финансирование лица с целью совершения террористического акта;
  3. материальное обеспечение лица с целью совершения террористического акта;
  4. вооружение лица с целью совершения террористического акта;
  5. обучение лица с целью совершения террористического акта;
  6. использование лица с целью совершения террористического акта.

Под финансированием лица с целью совершения террористического акта необходимо понимать предоставление либо сбор средств для совершения деяний, перечисленных в ч. 1 ст. 258 УК Украины.

Следует отметить, что финансирование лица с целью совершения террористического акта, так же как и террористический акт, отнесены законодателем Украины к категории тяжких преступлений. Данный подход соответствует положению ст. 17 (ответственность за финансирование терроризма) Модельного Закона СНГ "О противодействии финансированию терроризма", в которой определено, что нормы уголовного права, предусматривающие наказание за финансирование терроризма, должны приравнивать данное деяние к совершению преступлений террористического характера.

Предметом финансирования террористического акта либо террористической группы (организации) могут быть денежные средства в национальной либо иностранной валюте, а также ценные бумаги (акции, облигации, чеки и т.д.). В случае когда для оказания помощи террористическим объединениям либо для осуществления террористических актов будет использовано движимое либо недвижимое имущество, деяния субъекта будут подпадать под признаки материального содействия (обеспечения).

Средства, которые идут на финансирование террористической деятельности, могут быть получены как из законных, так и из незаконных источников. Финансовая поддержка из законных источников может исходить от государства, организации, а также частных лиц, которые направляют средства для поддержания инфраструктуры террористических формирований.

Как считают представители FATF, общественные пожертвования и сбор денег на благотворительность – один из эффективных способов накопления средств для поддержания терроризма. Часто такой сбор денег осуществляется от имени организаций, имеющих статус благотворительных.

Незаконные источники доходов могут происходить от любой преступной деятельности, преследующей цель наживы. Следует отметить, что члены террористических объединений в ряде стран контролируют торговлю оружием, людьми, наркоиндустрию, контрабанду и иные виды преступного бизнеса (Афганистан, Колумбия и др.).

По мнению экспертов FATF, террористы и поддерживающие их организации используют те же методы, что и преступные группы для отмывания денег. Некоторые из методов включают контрабанду наличных денег (и курьерами, и большими партиями); структурирование, внесение или снятие средств с банковских счетов, приобретение различных типов денежно-кредитных инструментов (дорожные чеки, банковские чеки, денежные переводы); использование кредитных или дебетовых карт, телеграфных (почтовых) переводов.

Участники террористических групп и организаций используют кредитно-финансовую системы страны, так же как и представители иных преступных объединений, с тем чтобы усложнить для органов финансовой разведки установление источников происхождения используемых ресурсов. Поэтому международное сообщество вырабатывает сходные меры противодействия и отмыванию преступных доходов, и финансированию терроризма.

Вместе с тем, при применении антитеррористических норм, предусмотренных уголовным законодательством Украины, возникает вопрос: как следует квалифицировать действия лица, осуществившего финансирование террористического акта, повлекшего гибель людей?

Непосредственные исполнители такого акта понесут ответственность по ч. 3 ст. 258 УК Украины, предусматривающей наказание в виде лишения свободы на срок от десяти до пятнадцати лет или пожизненного лишения свободы. Что касается квалификации действий финансиста, то здесь следует применить правила квалификации при совокупности преступлений. Действия субъекта, осуществляющего финансирование террористического акта, повлекшего гибель людей, следует квалифицировать по ч. 2 ст. 258-4, ч. 5 ст. 27 и ч. 3 ст. 258 УК Украины. Если финансировалась террористическая группа либо организация, совершившая террористический акт, то квалификация будет по ч. 1 ст. 258-3, ч. 5 ст. 27 и ч. 3 ст. 258 УК Украины.

В том случае если террористический акт не повлечет гибели людей, правовая оценка действия лиц, способствующих террористическому акту, будет дана по ч. 1 ст. 258-3 УК Украины без ссылки на ст. 258 УК Украины.

Следует отметить, что в ч. 2 ст. 258-4 установлен такой квалифицирующий признак, как содействие совершению террористического акта по предварительному сговору. Может возникнуть ситуация, когда два субъекта оказывают финансовую помощь террористу. Фактически такая деятельность является простой формой соучастия. Следовательно, с одной стороны, действия субъекта являются содействием деятельности террористической группы, а с другой стороны – содействием террористическому акту по предварительному сговору. Возникает вопрос: какую следует применять норму – ч. 1 ст. 258-3 либо ч. 2 ст. 258-4 УК Украины? Как представляется, такая коллизия правовых норм вряд ли позитивно скажется на противодействии финансированию терроризма.

Поэтому редакцию норм, предусматривающих ответственность за деятельность террористической направленности, надо совершенствовать.

Принимая во внимание то, что финансирование терроризма связано с отмыванием "грязных" денег, правоприменительные органы могут столкнуться с трудностями в квалификации данных преступлений. Так, например, если субъект с целью финансирования террористического акта либо содействия террористическому формированию совершит финансовую или гражданско-правовую сделку с имуществом, добытым преступным путем, его действия подпадают под признаки преступления, предусмотренного ст. 209 УК Украины. Это обусловлено тем, что содействие террористической деятельности предшествовало использованию преступных доходов в легальной экономике.

Такие действия виновного следует квалифицировать по совокупности двух правовых норм: по соответствующим частям ст. 209 УК Украины и ст. 258-3 УК Украины либо ст. 258-4 УК Украины.

Деятельность, направленная на финансирование терроризма, более обширна, нежели отмывание преступных доходов. Использование денежных средств, добытых законным путем, для содействия деятельности террористического объединения или для осуществления террористического акта, охватывается понятием финансирования терроризма. В этом заключается одно из существенных отличий отмывания от финансирования терроризма, для осуществления которого не важно, откуда были получены ресурсы – из законных или незаконных источников.

Признаки отмывания в данном случае отсутствуют, поскольку средства получены законным путем. Также под признаки финансирования терроризма подпадает деятельность лица, которое передает деньги, добытые преступным путем, непосредственно террористу для использования в преступной деятельности, не заключая гражданско-правового соглашения.

Такие действия не образуют состава отмывания. Имущество, которое передается для совершения террористического акта, не попадает в легальный оборот, а поскольку оно остается в "тени", то легализация отсутствует.

Источник: глава из монографии

Беницкий А.С., Розовский Б.Г., Якимов О.Ю. Ответственность за легализацию преступно приобретенных доходов в уголовном законодательстве Украины и Российской Федерации: Монография / МВД Украины, Ин-т экон.-пр. исл. НАН Украины, Луган. гос. ун-т внутр. дел им. Э.А. Дидоренко, Восточноукр. нац. ун-т им. В. Даля. – Луганск: РИО ЛГУВД им. Э.А. Дидоренко, 2008. – 496 с. – Библиогр.: С. 463-492.

Реклама
Задачи по экономике с решениями
Статьи по экономике