Община и первые социальные нормы

Государство – явление историческое. Так же как и люди, государства рождаются, развиваются и умирают.

Формированию государств предшествовал длительный период развития. Земля образовалась около 4,5 миллиардов лет назад, ее история разделяется на ряд эр» последняя из которых – кайнозойская (в которую мы и жиисм), началась задолго до появления человека – 60-70 миллионов лет тому назад. Так что история человечества – это кратковременный этап в истории планеты.

Первые люди на Земле появились примерно 2-2,5 миллиона лет назад (хотя единой точки зрения нет, и ученые спорят по этому поводу), а первое государство (Египет) – в IV тысячелетии до н. э. Таким образом, планета долго существовала без людей, а люди – без государства. Предыстория в тысячу раз дольше, чем история государственности, а существование государств – довольно кратковременный этап в истории Земли.

На территориях, которые сегодня называются Украиной, первые люди появились около 800 тысяч лет назад, а первые государства – в I тысячелетии до н.э.

Любопытно, как будет называться наша страна через 800 тысяч лет, в 802000 году?

Историю людей, проживавших на территории Украины, можно разделить на три основных периода:

  • каменный век – 800-3 тыс. лет до н.э. – период первобытности: от человеческого стада до возникновения» расцвета и начала разложения первой социальной организации – общины;
  • медно-бронзовый век – III-II тысячелетия до н.э. – стал периодом зрелости и постепенного упадка социальных форм общинного строя, развития военной демократии как предгосударственной стадии управления племенными коллективами, формирования предпосылок утверждения частной собственности, смены матриархата патриархатом, зарождения государственных форм;
  • железный век с I тыс. до н. э. до настоящего времени – период возникновения и развития государств.

С момента появления первых людей до появления первых государств длился догосударственный период.

Каменный век на территории Украины в свою очередь делится на:

  • палеолит (древний каменный век):
    • ранний палеолит: 800-40 тысяч лет до н. э.;
    • поздний палеолит: 40-8 тысяч лет до н. э.;
  • мезолит (средний каменный век): VIII-VI тысяч лет до н.э.,
  • неолит (новый каменный век) VI-IV тысяч лет до н.э.

Изображая время на линейной плоскости, следует оговориться, что астрономическое время не равно историческому. Согласно закону ускорения истории (Б.Ф. Поршней) насыщенность политическими событиями, социальными преобразованиями; экономическими и технологическими нововведениями нее время возрастает. Один год в конце XX века может быть приравнен к столетию в средневековье и античности и тысячелетию в глубокой древности. А в первой четверти XXI века мир будет разительно отличаться от сегодняшнего.

По данным демографов, в неолите население всего земного шара составляло около 25 млн. человек (что составляет 1/2 сегодняшнего населения нашей страны)- В начале нашей эры население Земли составляло 250 млн. человек (как население бывшего СССР), в начале XIX в. – 1 миллиард человек (примерно столько сейчас в Китае), а в конце XX в. – около 6 миллиардов человек (в 1999 году в Боснии родился шести миллиардный землянин).

Ранний палеолит был периодом дикости, дородового состояния. Существовавшие тогда человекообразные обезьяны были ростом около полутора метров, весили примерно 40 кг. Мужчины и женщины имели одинаковый размер костяков. Средняя продолжительность жизни составляла приблизительно 25 лет. Из всех социальных институтов существовало только производство орудий труда и убийства. Эти человекообразные обезьяны были объединены в стадо.

В позднем палеолите появился современный антропологический тип человека (кроманьонец) – человек разумный. Рост этих людей составлял в среднем 172 см, вес – 70 кг. Мужские костяки стали больше женских. Продолжительность жизни равнялась 25-29 годам. Формой общественного устройства стала община, в которой появились первые социальные нормы (табу) и словесное общение (около 38 тыс. лет назад)?

В мезолите произошло резкое изменение климата: с потеплением и отступлением ледника с территории Европы (южная граница ледника проходила по линии: Воронежская область – Луганская область – Троицкий район) появились новые реки, долины, сформировался ландшафт, близкий к современному. Крупные животные (такие, как мамонты) вымерли, а поскольку гоняться за мелкими животными с копьем было не очень удобно, основным "событием в технике" этого периода (имеется в виду – для Европы) стало изобретение лука и стрелы. Появились зачатки скотоводства и земледелия.

В период неолита завершились основные тектонические процессы, сформировался современный рельеф и климат (в основном, теплый и влажный), началась неолитическая революция, длившаяся несколько тысячелетий: в Азии – IX-VIII тыс. до н.э.; в Европе – V-IV тыс. до н.э.

Именно этот период является ключевым для развития цивилизации.

Догосударственный период был самым длительным в истории. Он очень важен для понимания, так как именно тогда сформировалось обычное право, был заложен фундамент будущей государственности и цивилизации.

В палеолите существовали две формы организации жизни (устройства) – стадо и община. В чем разница?

  • В стаде действовал принцип биологического доминирования (кто сильней, тот и вожак, ему все можно). Поведение человека, как и у животных, регулировалось законами природы.
  • В общине появляются первые социальные нормы. Стали действовать и природные, и социальные механизмы. Поведение людей регулируется уже при помощи табу, обычаев, традиции. Появились законы социума. Что такое община?

Община – это первая социальная форма объединения людей, в основе которой лежит единство родственных связей и культурных норм. Это надбиологическое объединение, вытеснившее первенство биологического доминирования, на смену которому пришла социальная взаимопомощь.

Община сосредоточивала в себе всю систему отношений – производственных, семейно-бытовых, культурных. Тяжелые условия жизни и несовершенные орудия делали невозможным существование индивида, а коллектив дал возможность сделать качественный скачок, стал первой великой производительной силой. Человек – существо родовое и коллективное, и не случайно человек разумный биологически сформировался именно в тот период, когда сложилась кровнородственная община (около 40 тысяч лет назад). Однако для нормального коллективного существования требовались определенные правила, социальные нормы, которые делали совместную жизнь множества людей возможной.

Первые социальные нормы представляли собой череду запретов (табу) и разрешений. В форме табу сознание первобытного человека пыталось ограничить, зафиксировать и нейтрализовать источники зла и обезопасить себя.

Все необычное было под запретом, на него налагалось табу. Сам табуированный объект злом не считался, но требовал осторожного обращения (во избежание губительных последствий). Табу охватывали все сферы жизни: охоту, войну, быт. Они налагались на людей, животных, растения, вещи, слова, действия. Свести все табу к единому общему принципу невозможно, но можно выделить главные и второстепенные.

Три важнейшие табу древности – три великие "нельзя":

  • запрет инцеста (кровосмешения);
  • запрет убивать сородича;
  • запрет оставлять без помощи (убивать) слабых и нетрудоспособных – стариков, детей, инвалидов.

Почему эти запреты считаются "великими" и почему без них не могло возникнуть государство? Остановимся подробней.

Запрет инцеста (кровосмешения).

Стадо было основано на эндогамии, кровосмешение было нормой. Во главе стоял вожак, а поскольку он был сильнейшим, ему принадлежал весь гарем. 06-шина же основана на экзогамии. Браки внутри общины стали запрещаться, а кровосмешение стало считаться распущенностью. Почему вначале экзогамии не было, а потом она появилась, что послужило поводом к ее установлению, неизвестно, но она повлияла на многие существенные взаимоотношения внутри рода, способствовала сплочению коллектива.

Как же запрет инцеста повлиял на развитие общества?

Возникли первые социальные отношения – родственные (в стаде их нет). Образовалась новая система поддержки и покровительства: отцовство, братство, супружество, а в длительной перспективе – индивидуальная любовь. Возникли новые обязанности и привязанности, новая система поддержки и зашиты.

Произошло расширение социальных контактов: ограничение межгрупповой вражды и взаимообмен культурой.

Если браки внутри были запрещены, возникал естественный вопрос: где брать невест? На стороне, в соседних общинах. Первоначально это осуществлялось при помощи насилия – "умыкания" (кража невест – одно из самых древних преступлений), позже при помощи договора между главами рода преступление переквалифицировалось в проступок и заглаживалось путем сложной системы компенсаций (калым и приданое – продукты долгой эволюции процедуры искупления вины).

А зачем воевать с общиной, с которой есть договор, ведь потом невест не дадут? Формировались союзы дружественных и враждебных племен. "Чужака" (пленного), попавшего в другую общину, как правило, убивали, за исключением тех, кто мог найти себе жену. Семейная жизнь была важнее, и вражда отступала.

Что касается взаимообмена, то какие-либо изобретения обычно хранились в секрете, и врагам их не раскрывали даже пол пытками. Иногда это были подлинные родовые имена, иногда – места охоты или пастбищ, иногда – единожды найденные и сохраняемые племенем производственные и военные секреты, приспособления и усовершенствования. К этому же относилась и сфера сакрального, которая не должна была быть допущена к поруганию врагом – языческие капища, обряды, амулеты, тайные союзы и священные слова. Секреты сообщали только своим, а это приводило к взаимообмену достижениями и изобретениями, которые знали единицы, взаимообмену культурой и распространению социального опыта.

Экзогамия стала средством достижения социального мира внутри общины.

В стаде существовал гаремный образ жизни, который сопровождался постоянными битвами за гарем. Л если внутри об шины постоянно вспыхивают споры, обиды не гасятся, все противоборствуют и ругаются, работать некогда, коллектив не сплочен и может легко стать добычей более сильных соседей. Побеждал и, следовательно, становился вожаком самый сильный, но далеко не всегда самый умный. А как сильный относится к умному? Не секрет, что открытия совершают те, кто умней.

Чтобы сохранить жизнь умных, но более слабых, необходима была другая организация, основанная на взаимопомощи. Убийство сильного вожака (отцеубийство, по З. Фрейду) требовало введения норм коллективной власти, ограничивало первенство доминирующих, подавляя их зоологический индивидуализм, нормализовало внутриродовые отношения, способствовало смене гарема другими формами группового брака, а в перспективе становлению единобрачия на более поздних этапах развития.

Письменности не было, опыт передавался устно, и со смертью умельца зачастую уходило и его открытие. Так длилось более ста тысяч лет. Сохранение жизни тех, кто изобретал новое, было невозможно без внутреннего мира, прогресс не мог идти вперед. Труд нуждается во внутреннем мире. В результате возникновения родственных отношений возникла определенная система зашиты и поддержки тех, кто слабее.

Результатом установления экзогамии стало воспроизводство более здорового населения (хотя древние наверняка об этом не думали).

Появилась возможность избежать вредных последствий кровосмешения. Укрепился генотип человека, он стал более устойчив к мутациям. Увеличился головной мозг.

Таким образом, в понятии инцеста первобытное общество выразило особый социальный статус родства. Это чисто человеческая норма (у животных ее нет). Родственные отношения – это первые социальные отношения, возникшие природным и закрепленные культурным путем.

Однако, несмотря на запрет инцеста внутри рода, еще долгое время существовал групповой и парный брак, который не считался преступлением и распущенностью. Так как при групповом браке отцы не были известны, учет детей велся по материнской линии, это и определяло форму общественного устройства – матриархат.

Основными признаками матриархата являются:

  • доминирующее положение женщины в обществе;
  • наследование имущества и должностей по женской линии;
  • матрилокальный брак (муж переходил жить в общину жены).

Матриархат существовал на протяжении всего каменного века. И только с появлением частной собственности (в основном, у кочевников при пастушеском отгонном скотоводстве судьба стад не могла быть решена женщиной) мужчины стали интересоваться, а где же их дети, кому передать наследство? Тогда-то и возникли моногамная семья и патриархат (а вместе с ними и самая древняя профессия – проституция, которая приобрела как узаконенные, иногда даже ритуальные, так и преступные формы).

До появления частной собственности коллективный труд и коллективный быт были враждебны моногамии, теперь частная собственность и моногамия стали подрывать коллективные формы.

Запрет убивать сородича.

От стадных животных люди наследовали два противоположных поведенческих комплекса: сотрудничество и противоборство, С одной стороны, они поддерживали друг друга на охоте, войне, в труде, с другой – вступали в конфликты, сильные подавляли слабых. Оба явления сосуществовали.

В стаде убийство было способом разрешения конфликтов или его побочным результатом. Схватки, которые заканчивались гибелью одного из участников, считались нормальным явлением. Хотя первобытный человек не был прирожденным убийцей, считавшим, что охота на собратьев – коренной жизненный вопрос, это не значит, что у него не было врожденной агрессивности, которая вела к крайним формам насилия.

Моногамия (греч. один, единственный и брак) – единобрачие. Форма брака, состоящая в устойчивом союзе одного мужчины и одной женщины. Следует помнить, что моногамная семьи – это европейский тип семьи, но далеко не единственный в мире. Примерно и сорока странах существует полигамия (многоженство), например, в Иране, Пакистане, Заире, Индонезии и других. В некоторых странах существует полиандрия (многомужество), например, в Непале, Тибете, некоторых странах Центральной Африки. Тип семьи тоже социален.

Агрессия как реакция на внешнюю угрозу или попытка удовлетворить свои потребности за счет более слабого существа является таким феноменом, который нельзя датировать ни палеолитом, ни мезолитом, ни неолитом. Агрессия – способ нападать и активно защищаться – это биологическая реакция. Подобные свойства есть и у животных как хищных, так и травоядных.

Агрессивные действия, ведущие к убийству, были не целью, а средством и носили ситуативный, вынужденный характер. Т.е. убийство совершалось не ради убийства, а в силу сложившихся обстоятельств, к чему вынуждали как внутренние, так и внешние факторы; угроза жизни, голод, соблазн. Убийство ради убийства в первобытном стаде было возможно только как исключение, вызванное патологической дезинтеграцией психики, нарушением ее нормального функционирования.

В общине отношение к убийству меняется. Социум пытается овладеть стихией непосредственных побуждений. Внутри общины "свои" получают ценностный статус, защиту. Агрессия переориентируется вовне – на представителей чужих родов и племен – своих убивать нельзя, а чужих можно, но при особых обстоятельствах (столкновениях, нарушениях территории и т.д.).

Идея была подсказана природой: появление "чужака" в колонки крыс вызывает настоящий взрыв агрессии, которая долго не затихает даже после того, как интервент уничтожен. Пчелы, осы, муравьи своих узнают по запаху, "инородца" убивают. Эта агрессия всех сплачивает.

У более высокоорганизованных животных отношение к чужакам более терпимое.

В первобытных племенах межплеменная вражда была очень сильна, чужие, в зависимости от их силы, вызывали либо страх, либо ненависть, следовательно, их нужно либо избегать, либо уничтожать. Сложился парадокс – с одной стороны, насилие ограничили {внутри), с другой стороны, его как бы узаконили, разрешили (для чужих) и стали даже стимулировать.

Так родилась кровная месть (зло, возведенное в принцип), которая является чисто культурной новацией. Месть была делом всего рода, который выступал как единое целое, если даже мстил один человек. Спонтанные чувства и действия превращались в обязательства, общество вынуждало человека мстить. Считалось, что отомстивший "восстановил порядок", он получал награды и социальные почести, а тот, кто не отомстил, заслуживал наказания и порицания (недостоин женской любви, уважения сородичей, почестей и т.п.). Полным успехом считалась такая месть, когда убивали всех мужчин, вплоть до младенцев, тем самым лишая врага возможности отомстить вновь.

Кровная месть, охота за скальпами, пытки (а в дальнейшем "квалифицированная смертная казнь") – это жуткие культурные новации (в стаде их нет). Чем больше "голов", тем лучше охотник, чем больше убил, тем больше наград получил.

Таким образом, это табу, с одной стороны, старалось обезопасить жизнь своих ближних, своего рода, с другой – возводило в принцип убийство чужаков. Внутри рода принцип кровной мести не действовал.

Крайней формой агрессии, культурной аномалией является каннибализм (людоедство). Это очень древнее явление. У многих народов выражение "я съел твоих родных" считается самым страшным оскорблением: с их точки зрения, это высшая, абсолютная власть человека над человеком.

Причины каннибализма были как биологические, так и социальные: периодический голод вынуждал поедать наиболее слабых сородичей (апатия голодающего и голодной смерти, когда моральные нормы нивелируются); межплеменная вражда и взаимная ненависть, жажда мести и упоение властью над поверженным врагом (безграничная власть над другим, неистовство торжествующего хищника), И одно, и другое выходит за рамки нормального психического состояния.

Мотивации и формы каннибализма были различными:

  • обыденный каннибализм – "вопрос питания" – когда человеческое мясо приравнивалось к любому другому;
  • юридический каннибализм – мера общественною наказания. Своих наказывали за какой-либо серьезный проступок (предательство, ночное воровство, дезертирство), чужих (пленных) – в качестве мести, иногда кровной мести;
  • магический – хотели овладеть определенными качествами другого человека – силой, умом; ритуальный, который имеет две разновидности: человеческие жертвоприношения богам и духам. Этот вид каннибализма был свойственен почти всем народам и сошел на нет только с развитием цивилизации и возникновением мировых религий, когда человеческие жертвоприношения стали заменяться: в Китае – чашкой риса; в Индии – быком, потом растением. Когда в XV веке открыли Америку, обнаружили традицию человеческих жертвоприношений у ряда народов;
  • родственный каннибализм, когда съедали престарелых родителей или других родственников.

Геродот в своей "Истории" описывает обычай племени исселонов, которое проживало на наших территориях вместе со скифами в Северном Причерноморье. "Когда умирает чей-нибудь отец, все родственники пригоняют скот, закапывают его и мясо рубят на куски. Затем разрезают на части тело покойного отца того, к кому они пришли. Лотом все мясо смешивается и устраивается пиршество. С черепа покойника снимают кожу, вычитают его изнутри, затем покрывают позолотой и хранят как священный кумир. Этому кумиру ежегодно приносят обильные жертвы. Жертвоприношения совершает сын в честь отца, подобно тому, как это происходит на поминальном празднике у эллинов. Этих людей также считают праведными, женщины у них совершенно равноправны с мужчинами".

Постоянно передвигаясь, оставлять где-то в дороге могилы своих родственников кочевникам казалось совершенно бессмысленным. Логика была проста: если сами они вышли из чрева своих родителей, то совершенно естественно, что родители войдут в их чрево. Цикл считался замкнутым, завершенным. "Для них лучше быть в желудке детей, чем червей", – писал Геродот.

"Обыденный" каннибализм, мотивированный голодом и существовавший еще в стаде, продолжал существовать и в общине, хотя резко сократился в ходе неолитической революции. Однако он периодически возвращается (даже в XX веке), но только в периоды массового голода и как внесоциальное явление.

Что касается таких видов каннибализма, как юридический, магический и ритуальный, то они больше социальны, нем природны. Сначала культура выработала средства для их обоснования и закрепления, а затем обоснования для отказа от них. Так, в Ветхом Завете говорится, что убийство родителей – самое мерзкое зло, на которое способен человек (даже если оно вынуждено). В Византии человека, убившего своих родителей, сажали в мешок с гадами и топили.

Таким образом, вместе с нормами, которые обуздывали агрессию, появлялись нормы, которые ее закрепляли (кровная месть, юридический, магический и ритуальный каннибализм).

Для изживания каннибализма и трансформации кровной мести понадобились тысячелетия. В историческом запрете каннибализма проглядывала будущая многовековая борьба против кровной мести – этого "нормального" института родового строя. Запрет убийства сородичей сопутствовал обычаю компенсировать потерю представителя рода чужаком, имуществом, выражением почтении или другими социальными способами.

Запрет оставлять без помощи (убивать) стариков, детей, инвалидов.

Внутри общины ценностный статус "своих" имел ограничения. Он был непрочен и небезусловен. Ценность сородича определялась способностью или неспособностью быть полезным для общества. Эту способность можно было приобрести и потерять.

Для первобытных нравов не характерно великодушие по отношению к слабым – старики, младенцы и физически неполноценные люди были лишены зашиты рода. В этом и заключается намеренность внутриобщинного и внутри родового убийства тех, кто "сейчас и сегодня" не мог быть достаточно полезным для общества или не был способен постоять за себя.

Частота убийств зависела от внешних обстоятельств и характера культуры. Чем примитивнее общество, тем больше оно подвластно внешним условиям, тем больше его нужда в людях, способных противостоять трудностям и лишениям, тем выше враждебность друг к другу. Связь между людьми практически не выходила за рамки естественной необходимости, а вместе их удерживала невозможность изолированного существования. Первоначально слабых убивали только в чрезвычайных случаях (голод, тяжелый переход), позже – по достижении определенного возраста, а это опять-таки зло, возведенное в принцип, а зло, возведенное в принцип, хуже вынужденного зла.

К.-А. Гельвеций и трактате "Об уме" описывает обычай, согласно которому в конце зимы перед походом некоторые племена заставляли стариков забираться на дубы, а затем трясли деревья. Большинство стариков падало, их убивали, так как считали, что они слабы, если не могут удержаться на столь мощном дереве, и уж тем более не смогут выдержать предстоящего перехода. Отсюда пошло выражение "дать дуба". Причем это не считалось проявлением враждебности к старикам, а наоборот – проявлением сыновнего долга. Они считали, что падение старцев доказывает их неспособность перенести все тяготы охоты.

Это не единственный пример. У японцев, индейцев, народов Сибири и в других странах существовали долины смерти, где оставляли нетрудоспособных с первичным запасом огня, пиши, одежды. Это] более древний обычай свидетельствует о направленности эволюции к более гуманным обычаям, к запрету оставления беспомощных как одного из "великих табу", выработанных и эпоху общинного строя.

В первобытном обществе коллективная жизнь играла огромную роль. Дела, ритуалы сплачивали, а так как младенцы в обрядах еще не участвовали, следовательно, еще не были членами рода. Древние считали, что не убивают детей, а просто откладывают их появление на свет. Эту проблему решило только земледелие (и то отчасти).

Существует хрестоматийный пример спартанцев (хотя это более поздний, государственный период, тем не менее, он достаточно показателен). Спартанцы осматривали всех новорожденных, оставляя в живых только крепких и здоровых, а слабых и больных они сбрасывали со скалы.

Безусловно, это дало свои результаты – спартанская армия была одной из сильнейших (в своем ареале и для своего времени), спартанцы получали большинство наград на олимпийских играх, но с другой стороны, спартанская цивилизация не пала ни одного крупного философа, историка или литератора. И если бы не их соседи – афиняне, коринфяне, которые не сбрасывали "свой интеллект" со скалы, то сегодня никто бы и не знал об этих спартанцах. Не сбрасывали "интеллект" со скалы слывшие сельскими глупцами беотийцы, и среди них вырос Гесиод; не делали этого и абдериты, город которых слыл обиталищем городских придурков, и среди них вырос Демокрит. Исключения только подтверждают правило.

Облегчая себе жизнь в настоящем, люди многое теряли в будущем. Утрачивалось многообразие умений и навыков, знаний и открытий. Приобретая в одном, они теряли в другом, более существенном – в разнообразии интеллекта и опыта. Природа мудрее любого коллективного разума, и если она создает генетическое разнообразие, значит это необходимо.

Поскольку все три табу обуздывали природные инстинкты и регламентировали поведение человека, первоначально было трудно добиться их выполнения. Всегда трудно объяснить, почему то, что вчера было можно, считалось нормальным, а сегодня запрещено и считается аномалией. И естественно, что вместе с табу появляется и желание их нарушить (или не выполнить), преступить эти нормы (т.е. преступления). Это еще не преступление закона, а преступление обычая. Обычаи были святы, их нарушение не осознавалось как нарушение воли рода, а считалось нарушением воли потусторонних сил.

Для соблюдения табу использовались:

  • Карательные меры – убийство, членовредительство и т.д. самой страшной из которых был остракизм (изгнание из общины» из социума). Это первое социальное наказание. Оно считалось страшнее смерти. Почти у всех народов есть ел оно, которое обозначает изгнанника из общины: у славян – изгой, у горцев Кавказа – абрек. Это первый социальный тип» который познал на себе тяжесть наказания своей группы (тюрьма – тоже остракизм, только за решеткой). Есть старая русская пословица "Своя воля, своя и доля". Наказание за нарушение табу было неотъемлемым от самого факта нарушения.
  • Религиозное внушение – страх перед воображаемыми последствиями запретных действий был стимулом для соблюдения табу.
  • Поощрения – почести, уважение, любовь, лучшая доля – тем, кто соблюдает нормы.
  • Практика временной отмены запретов. Табу сковывали природные инстинкты, желания человека. Это создавало психологическое напряжение, которое нуждалось в разрядке, выпускании пара. И в первобытной, и в раннеклассовой культурах на некоторое время отменяли все запреты.

Дж. Фрезер пишет о том, что "у многих народов существовал ежегодный период распущенности, во время которого отбрасывались обычные ограничения закона и нравственности. В такой период люди предавались непомерному веселью, и на поверхность вырывались темные страсти, которые в обычной жизни они держали в узде. Подобного рода взрывы подавляемых человеческих влечений часто выливались в развратные и преступные оргии, которые имели место в конце года и находились в связи с остальными моментами сельскохозяйственного года, в особенности с севом и жатвой".

В целом снятие запретов было характерно не для всех, а лишь для определенных праздников.

Глубинный смысл таких праздников выявил М.М. Бахтин, который считал, что "... в них выражен момент отрицания социальных норм и социальных институтов, но не голого, пустого, зряшного отрицания, а такого, которое открывает новые горизонты развития. Праздник был как бы временной приостановкой действия всей официальной системы со всеми ее запретами и иерархическими барьерами. Жизнь на короткий срок выходит из своей обычной, узаконенной и освященной роли и вступает в сферу утопической свободы".

Таким образом, временная отмена запретов, с одной стороны, "выпускала пар" и создавала разрядку в обществе; с другой, давала возможность осознать, что дает запрет, поскольку рождала злодеяния, куда более страшные, чем те, которые были в обществе, не знавшем запретов.

Когда отменялись табу, наступал полный хаос. А если так будет всегда? Произойдет полное разрушение культурных связей и возврат в дородовое состояние. Отменой запретов санкционировался аморализм, но он возможен только там, где есть нравственные святыни. Враждебность и распущенность, осуждаемые в повседневной жизни находили выход. В дальнейшем общество отказалось от такой формы "выпускания пара" и "раскрепощения нравов", заменив ее более пристойными и содержательными праздниками, организацией досуга и т.д. Но там, где есть социальный вакуум, эта проблема периодически всплывает. Чем более монотонна жизнь общества, чем больше она регламентируется правилами, тем больше потребность в новом ритме, новых связях и ролях, и если эта потребность не реализуется, общество погружается в спячку и застой (с периодическими выбросами агрессии).

Отмена запретов способствовала их осознанию как социальных (относительных) установлений и обусловила психологическую почву для сознательного отношения к нормам поведения. Она формировала способность к гибкой и пластичной перестройке деятельности в изменявшихся условиях. Со временем люди стали осознавать запреты как собственное волеизъявление и охранять их всеми доступными средствами.

Запреты необходимы, но подавление природного в человеке во имя культуры и общества имеет свои пределы. В противном случае природа мстит: навязчивыми маниями, неврозами, вспышками немотивированной агрессии, а в конечном итоге способствует деградации личности и общества. Чтобы избежать отрицательных последствий, временные послабления запретов восстанавливают природную целостность людей, чья монотонная деятельность влечет за пределы обыденного. Цель праздников – подготовить возвращение к обычному трудовому ритму, снять напряжение, восстановить силы.

Таким образом, табу регламентировали противоречия:

  • между природным "хочу" и социальным "надо" в человеке;
  • между людьми в их отношении друг к другу.

Именно табу обеспечили передачу социального опыта от поколения к поколению, а следовательно, и развитие цивилизации.

Тем не менее, понадобилось несколько тысячелетий для того, чтобы для большинства людей эти "великие запреты" из внешних превратились во внутренние. Частью общества они нарушаются и сейчас, и это является криминалом.

Источник – глава из учебного пособия:

Атоян О.И. История государства и права Украины (с древнейших времен до середины XVII века): Курс лекций /МВД Украины, Луган. ин-т внутр. дел; [Отв. ред. А.Н. Литвинов] – Луганск: РИО ЛИВД, 2001. – 472 с.

Реклама
Задачи по экономике с решениями
Статьи по экономике