Окончание досудебного следствия в период 1991-1996 гг.

В рассмотренном выше состоянии институт досудебного производства находился до 15 декабря 1992 года, когда Верховный Совет уже независимой Украины внес в УПК страны изменения и дополнения, касающиеся введения судебного порядка обжалования отказа прокурора отменить постановление о прекращении уголовного дела (ч. 5 ст. 215, ст.ст. 216, 2365, 2366 УПК). И наконец, 30 июня 1993 года в действующее уголовно-процессуальное законодательство страны были внесены изменения и дополнения, в соответствии с которыми дознание как форма расследования вновь обрела черты начального этапа следствия. Оно заканчивалось направлением дела через прокурора следователю для дальнейшего производства (ст.ст. 104, 109 УПК). Статья 105 УПК Украины, определявшая порядок производства дознания ранее действующих видов, была исключена из Кодекса.

Новые ориентиры в развитии системы досудебного производства в Украине были 01гределены в Конституции страны, принятой Верховной Радой Украины 28 июня 1996 года.

Принципиально новые положения Конституции Украины, сохраняя прежнее построение уголовного процесса, характеризующееся четким разделением на досудебное и окончательное производство, отводят в судопроизводстве стадии судебного разбирательства решающую роль. Это законодательно определяет форму будущего реформируемого уголовного процесса как смешанного.

Закрепляя в уголовном судопроизводстве принцип осуществления правосудия только судами (ст. 124 Конституции) и принцип презумпции невиновности (ст. 62 Конституции), Основной Закон, по существу, переносит тяжесть разрешения вопроса о виновности или невиновности лица в инкриминируемом ему преступлении исключительно на суд.

В этой связи теория разделения властей, предупреждающая злоупотребления полномочиями и одновременно обеспечивающая независимость одной ветви власти от другой в пределах тех же полномочий, в свете соответствующего ей конституционного принципа (ст. 6 Основного Закона) позволяет сделать следующее предположение.

Правоохранительной системе государства и, в свою очередь, ее подсистеме - досудебному следствию - должен быть присущ механизм, не допускающий возложения на один орган различных по характеру функций, как и осуществления одной функции органами различных ветвей власти. В сфере уголовного процесса указанное положение представляется целесообразным отразить в форме разграничения функции обвинения, защиты, разрешения дела и, соответственно, субъектов, осуществляющих эти функции. Разграничение процессуальных функций является первым основанием принципа состязательности в уголовном процессе, что, в свою очередь, порождает наделение субъектов - носителей указанных функций - равными правами в отстаивании своих процессуальных интересов. Это предопределяет, на наш взгляд, необходимость развития в уголовном процессе страны состязательных начал досудебного следствия.

Высказанное предположение соответствует не только содержанию существующих теоретических разработок отечественных и зарубежных процессуалистов, но и факту включения Украины в процесс интеграции с правовыми системами различных стран мира, досудебное производство которых развивается на состязательных началах (США, Франция, Германия и др.).

Все это свидетельствует о том, что наметилась тенденция к дальнейшему усилению состязательных начал досудебного расследования в Украине.

Из этого исторического обзора развития института окончания досудебного следствия в Украине видно:

  • начиная с реформы 1864 года, уголовный процесс Украины последовательно, за исключением первых лет советской власти, обретал черты смешанной формы, для которой, прежде всего, характерно отделение от судебного разбирательства досудебного производства (следствие и дознание);
  • украинский уголовный процесс, унаследовав дореволюционную систему досудебного производства, сформировал розыскную форму досудебного следствия с введением в нее некоторых элементов состязательности (участие защитника и наделение правами потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей);
  • прекращение уголовного дела и направление дела в суд с составлением обвинительного акта (заключения), а с принятием УПК 1961 года и направление уголовного дела в суд для решения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера выступают как исторически апробированные процессуальные формы окончания досудебного следствия в Украине;
  • с момента провозглашения независимости Украины в государстве взят курс на развитие состязательного досудебного следствия в уголовном процессе;
  • формирование эффективной процедуры окончания досудебного следствия объективно возможно только в условиях строгого соблюдения конституционного принципа разделения властей в уголовном судопроизводстве.

Последовательно закрепляя принцип разделения властей в уголовном процессе, Конституция не только возвела состязательность сторон и поддержание государственного обвинения в суде прокурором в ранг конституционных принципов судопроизводства (ст. 129), но и переименовала предварительное следствие в досудебное (ст. 121 и п. 9 Раздела XV). На наш взгляд, конструкция п. 3 ст. 121 Конституции Украины и наименование указанных в нем форм расследования (дознание и досудебное следствие) определяют позицию законодателя в сохранении доминирующего положения следствия как более сложной процессуальной деятельности, по отношению к которой аналогичная деятельность органов дознания, как представляется, должна иметь первичный характер по следующим основаниям.

Во-первых, такой подход к определению соотношения дознания и досудебного следствия отвечает не только исторически сложившейся законодательной практике в Украине, но и соответствует содержанию научных разработок на уровне межгосударственного консультационно-правового общения ученых стран бывшего Советского Союза.

Так, Межпарламентская Ассамблея государств-участников Содружества Независимых Государств 17 февраля 1996 года приняла Уголовно-процессуальный кодекс для стран, входящих в СНГ. Рекомендательный законодательный акт, подготовленный авторским коллективом, состоящим из ведущих ученых-процессуалистов государств-участников СНГ, содержит и системный образец реформирования института досудебного расследования, которым предусмотрено предложенное автором соотношение дознания и досудебного следствия.

Во-вторых, расследование в форме дознания в полном объеме по отдельным категориям уголовных дел лишено каких-либо оснований также по причине того, что возложение в реформируемом законодательстве на орган дознания таких полномочий не будет соответствовать состязательному построению досудебного производства.

Выполняя административную функцию по обнаружению признаков преступления и совершившего его лица, орган дознания применяет оперативно-розыскные, в том числе и негласные методы работы (ч. 1 ст. 103 УПК Украины). В ходе деятельности по уголовным делам орган дознания (его должностные лица) как единая система управления использует их в комплексе с процессуальными средствами познания и фиксацией поучаемых сведений о преступлении и его субъектах. Это приводит к неестественному слиянию двух различных по характеру форм деятельности, к внесению инквизиционных элементов (например, тайности) в досудебное расследование.

С этой позиции в литературе справедливо отмечается, что устранение, стирание различия между дознанием и досудебным следствием "...является теоретически неоправданным и практически вредным для правильной организации борьбы с преступностью".

По нашему мнению, такое построение досудебного расследования явно не будет соответствовать второму основанию состязательности в уголовном судопроизводстве - оно нарушает "...процессуальное равенство сторон как равенство процессуальных возможностей по отстаиванию своих интересов.

Вместе с тем авторы проекта Концепции правовой реформы в Украине предложили предусмотреть в новом уголовно-процессуальном законодательстве страны дознание по делам о нетяжких преступлениях, которое завершается составлением обвинительного заключения и направлением дела и суд. Практически аналогичного мнения придерживаются и разработчики Проекта УПК Украины, возлагающие на органы дознания расследование в полном объеме по делам о преступлениях небольшой и средней тяжести, но без составления обвинительного заключения. Вынесение итогового обвинительного акта в этих случаях они возлагают на прокурора.

По нашему мнению, указанные предложения выглядят неубедительными не только в силу изложенных аргументов.

По данным МВД Украины, законодательная реализация указанных новелл Проекта УПК приведет к увеличению объема процессуальной работы штатных дознавателей ведомства в 2-2,5 раза. Представляется, что это предопределит увеличение штатной численности специализированных подразделений дознания органов внутренних дел, которая, как известно, напрямую зависит от норм нагрузки на одного дознавателя.

В этой связи можно предположить, что авторы указанных предложений об изменении соотношения дознания и досудебного следствия не учитывают реальных экономических условий осуществления судебно-правовой реформы в стране - они абсолютно игнорируют продолжающийся процесс сокращения численности органов МВД Украины, обусловленный острым дефицитом государственного бюджета страны. По заявлению министра внутренних дел Украины Ю. Кравченко, только в 1998 году из органов МВД страны было уволено в связи с сокращением штатов 30,5 тысяч сотрудников милиция.

Более того, при решении проблемы соотношения дознания и досудебного следствия в реформируемом законодательстве Украины нельзя не учитывать и то обстоятельство, что органы внутренних дел, должностные лица которых осуществляют расследование в форме дознания (ст. 104 УПК Украины) по значительному большинству уголовных дел в стране, недостаточно укомплектованы сотрудниками с высшим юридическим образованием. Так, в подразделениях уголовного розыска они составляют всего 13,6 процентов от общей численности. Не лучше укомплектованы и специальные подразделения дознания, в которых в основном работают лица со среднем юридическим образованием. Например, в Луганской области из 216 штатных дознавателей только 46 имеют высшее юридическое образование.

Такой уровень профессиональной компетентности сотрудников органа дознания (милиции) с точки зрения законности отрицательно скажется на качестве расследования уголовных дел в полком объеме. Наглядный пример тому - отмечаемый нами низкий уровень расследования уголовных дел следователями органов внутренних дел страны, среди которых только 59 процентов имеют высшее юридическое образование.

Проведенные социологические опросы участников уголовного судопроизводства - следователей, начальников следственных подразделений, прокуроров, судей и адвокатов подтверждают нецелесообразность предоставления органу дознания в реформируемом законодательстве Украины право расследовать уголовные дела в полном объеме.

Так, 98 процентов из них категорически высказались за сохранение в уголовно-процессуальном законодательстве страны доминирующего положения досудебного следствия, по отношению к которому деятельность органов дознания должна иметь первичный характер.

Думается, что мнение абсолютного большинства респондентов относительно соотношения досудебного следствия и дознания как форм расследования подтверждает правильность рассуждений автора. Результаты опроса, по мнению автора, убеждают в том, что теоретические концепции о необходимости расширения компетенции органа дознания по расследованию уголовных дел далеки от реалий повседневной практики, не способствуют правильному пониманию следователями и другими практиками-юристами современной роли досудебной уголовно-процессуальной деятельности в уголовном судопроизводстве Украины.

Представляется, что указанное предложение о сохранении доминирующего положения следствия по отношению к дознанию имеет принципиально важное значение для определения форм окончания досудебного производства в будущем законодательстве страны. Оно могло бы найти отражение в реформируемом уголовном судопроизводстве Украины.

Это подтверждают и авторы Комментария к Конституции Украины, отмечающие, что в связи с введением Основным Законом нового понятия досудебное следствие будет сформирована система органов досудебного следствия, а также принят закон, регулирующий их функционирование.

Представляется, что решающими исходными положениями, на которые ориентирует Конституция при выяснении значения форм окончания досудебной процессуальной деятельности для судебных органов, осуществляющих правосудие, являются принцип разделения властей (ст. 6 Основного Закона), конституционный принцип независимости судей и подчинение их только закону (ст. 129 Основного закона). Из этих положений следует, что суд принимает решения самостоятельно, и до суда никто, в том числе и органы досудебного расследования, не могут предрешать исход дел.

В этой связи выглядят убедительными доводы тех авторов, которые утверждают, что досудебное расследование является предварительным не с точки зрения объема собранных материалов и достоверности вытекающих из них выводов следователя, а с точки зрения их значения для дальнейшей судьбы дела в случаях, когда расследование завершается составлением обвинительного заключения.

Таким образом, Конституция Украины отвела суду и органам досудебного производства самостоятельное, особое положение в государственном механизме разрешения уголовно-правовых коичи1иктов в обществе. На наш взгляд, это обуславливает введение в реформируемое законодательство страны конституционного термина "досудебное следствие" и переименование института предварительного следствия.

Такого же мнения, но сути, придерживаются и участники состоявшейся в Институте повышения квалификации Генеральной прокураты Украины дискуссии относительно проблем реформирования досудебного следствия в Украине.

Выступая по отношению к уголовному процессу в целом как относительно обособленная и самостоятельная мини-система с присущими ей особенностями, досудебное расследование характеризуется своими непосредственными задачами, вытекающими из общих задач уголовного судопроизводства, кругом участвующих органов и лиц, итоговыми решениями. Эти свойства придают досудебному расследованию характер стадии уголовного процесса, "неразрывно связанной со всеми другими стадиями общими задачами, принципами и необходимой последовательностью". Это отмечается многими авторами.

Взгляд на досудебное расследование как на целостную систему, состоящую из нескольких подсистем (этапов), объединенных общими задачами и единой процессуальной формой и последовательно сменяющими друг друга по мере выполнения более конкретных задач, подлежащих решению на каждом этапе, позволяет рассматривать его окончание как составную часть (этап) единого целого - досудебного производства. В юридической литературе окончание досудебного расследования традиционно включается в содержание заключительного этапа производства.

По мнению абсолютного большинства ученых, наиболее удачное определение этапа расследования в криминалистической литературе сформулировал И.М. Лузган: "Этап (или часть) расследования - это такой его элемент, который представляет собой взаимосвязанную систему действий, объединенных единством задач, условиями расследования, спецификой криминалистических приемов."

Учитывая, что расследование как вид практической деятельности можно рассматривать в качестве процесса подготовки, принятия и реализации решений было бы вполне логично и обоснованно увязать понятие этапа расследования в процессуальном аспекте со специфичностью процессуальных решений и особенностями их исполнения в определенный период расследования. На это указывают и авторы, осуществившие комплексное исследование проблем исполнения процессуальных решений следователя.

На наш взгляд, для уяснения понятия этапа окончания досудебного следствии весьма важно правильно обнаружить те тенденции, которые характеризуют развитие как всего комплекса решений, выносимых следователем при завершении расследования, так и их соотношение, их иерархию.

Разрешить этот вопрос можно только путем классификации процессуальных решений следователя, ибо она дает возможность охватить изучаемые предметы единой основой, установить не только место каждого из них, но и связать друг с другом, раскрывает их внутренние закономерности.

Как известно, в литературе предложены различные критерии классификации: по содержанию; функциональному значению; субъектам, правомочным принимать решения; времени принятия и длительности действия; по юридической силе. Очевидно, что с позиции исследования проблем окончания досудебного» следствия и обеспечения реализации конституционных принципов правового регулирования наиболее перспективной является классификация процессуальных решений следователя по их функциональному назначению, то есть в зависимости от того, какая процессуальная функция опосредует принятие данного решения.

В теории уголовного процесса существуют различные взгляды на систему процессуальных функций. Ряд ученых исходит из монофункциональной природы уголовно-процессуальной деятельности следователя и утверждают, что на следователя возложена лишь функция расследования, другие подчеркивают полифункциональный характер его деятельности.

Исходя из значения обвинения как одной из основных функций следователя, А.Б. Муравин обосновывает следующую классификацию процессуальных решений следователя на; решения, в которых формулируется обвинение (постановление о привлечении в качестве обвиняемого, обвинительное заключение); решения, в которых разрешается обвинение на стадии предварительного расследования (постановление о прекращении уголовного дела).

Такая классификация отражает не только вполне логичное отделение многими процессуалистами функции обвинения от функции разрешения дела. Она подчеркивает динамичный характер процесса расследования, формирования функции обвинения и, соответственно, связанного с ней многостадийного центрального уголовно-процессуального отношения, направленного на установление законных оснований для привлечения лица к уголовной ответственности и осуждения.

По утверждению А.М. Ларина, акт привлечения лица в качестве обвиняемого фиксирует результаты определенного этапа в исследовании виновности конкретного лица и в то же время служит средством дальнейшего продвижения к истине.

Сходную точку прения отстаивает Г.Н. Ветрова. Она считает, что предъявление обвинения - процессуальный акт, характеризующий определенный этап в расследовании, определенную ступень в деятельности по доказыванию. По ее мнению, предъявление обвинения является юридическим фактом, порождающим уголовно-процессуальные отношения между следователем и обвиняемым. Обвиняемый еще не признается виновным, так как уголовно-правовое отношение еще не установлено, истина не достигнута, хотя и собран определенный доказательственный материал, который дает основание для принятия такого процессуального решения.

Аналогичную позицию занимает и М.С. Строгович. Он отмечает, что сама конструкция уголовно-процессуального закона предусматривает активное участие обвиняемого в досудебном следствии в качестве субъекта процесса. Поэтому в момент привлечения в качестве обвиняемого, пока обвиняемый не использовал свои права, нельзя считать, что следствие закончено.

Чтобы следователю разобраться в сложной действительности, необходимо мыслить глубоко, диалектически, т.е. не оставаться у поверхности вещей, а стараться проникнуть в их сущность, брать веши не изолированно, не в состоянии их покоя, а в их взаимной связи и движении, ибо в природе и обществе все находится в тесной взаимосвязи и в постоянном движении.

Следовательно, привлечением лица в качестве обвиняемого и предъявлением ему обвинения процесс доказывания в стадии досудебного расследования не завершается, познание имевших, место в действительности фактов и их правового существа продолжается.

Такой вывод, на наш взгляд, полностью соответствует обоснованному в теории уголовного процесса представлению об уголовно-процессуальном доказывании как разновидности познания объективной истины по расследуемому или разрешаемому уголовному делу, имеющему свои специфические предмет и пределы.

Таким образом, предложенная АЛ. Муртвиным классификация позволяет теоретически выделить на этапе завершения досудебного следствия два взаимосвязанных вида процессуальных решений, с принятием которых может быть окончательно реализована функция обвинения на досудебном следствии.

Первый вид связан с формулировкой итогового обвинения и направлением уголовного дела в суд, второй - с разрешением функции обвинения на досудебном следствии путем прекращения уголовного дела.

Эти решения с позиции современной философии реально становятся планом или программой завершения функционирования системы досудебного расследования.

Обоснованно предполагая сохранение доминирующей роли следствия по отношению к дознанию в реформируемом законодательстве страны, считаем, что конституционные принципы презумпции невиновности (ст. 62) и поддержания государственного обвинения в суде прокурором (п. 5 ст. 129), по существу, прямо определяют только одну форму окончания досудебного расследования, в результате которого обвиняемый был бы поставлен в положение подсудимого со всеми вытекающими из этого последствиями -направление дела в суд с итоговым обвинительным актом досудебного следствия.

В юридической литературе указывается на логическую взаимосвязь всех принципов уголовного процесса "...на основе интеграции, порождающей возникновение нового качества". Именно поэтому в рассматриваемом случае функция обвинения проявляет себя как сформированная лишь после того, как следователь в результате всестороннего и объективного исследования обстоятельств дела, после установления и проверки всех доказательств (как обвинительных, так и оправдательных, как смягчающих, так и отягчающих) установит истину для себя и придет к выводу, что обвиняемый виновен » совершении инкриминируемого ему преступления во всех деталях, которые имеют значение для вины и ответственности с точки зрения уголовного закона. В противном случае доказывание, являющееся с позиции гносеологии и формальной логики функциональным компонентом обвинения, будет лишено свойства всесторонности, полноты и объективности (ст. 22 УПК Украины), что несомненно приведет к нарушению конституционных принципов презумпции невиновности, объективной истины и состязательности в уголовном судопроизводстве (ст.ст. 62 и 129 Конституции).

С.П. Ефимичев утверждает: "Если презюмировать законность и обоснованность возбуждения уголовного дела, привлечение лица в качестве обвиняемого, как и иных актов предварительного расследования, то данная форма его окончания должна быть признана обычной, а соответствующее направление уголовного дела - нормальным результатом предварительного расследования".

Этот вывод подтверждает и анализ основных показателей работы следственных подразделений УМВД Украины в областях юго-восточного, центрального и западного регионов страны в 1995-1998 гг.

В указанный период количество уголовных дел, направленных в суд с обвинительным заключением следователями органов внутренних дел Луганской области, составляет в среднем 62,1 процента от общего числа оконченных. В Тернопольской области этот показатель составляет 74,3 процента, в Ивано-Франковской - 63,2 процента, в Хмельницкой - 76,7 процента и в Житомирской области - 68,6 процента.

Как известно, механизм принятия решения по делу предполагает выбор решения в зависимости от собранных по делу доказательств. Следовательно, с позиции установленного Конституцией Украины самостоятельного положения органов досудебного следствия в системе уголовного судопроизводства вполне логично сохранить для них в реформируемом законодательстве страны процессуальную возможность разрешения функции обвинения путем прекращения уголовного дела.

Статистические данные о работе следственного аппарата Украины подтверждают практическую значимость прекращения уголовного дела как формы окончания следственного производства. Так, в 1997 году следователями прокуратуры было прекращено 27,3 процента от общего числа оконченных ими уголовных дел, а следователями органов внутренних дел было прекращено каждое четвертое дело, находящееся в их производстве. Только следственным аппаратом УМВД Украины в Луганской области за 1998 год было прекращено 296 уголовных дела, что составляет 20 процентов от общего числа оконченных.

Отечественные процессуалисты обоснованно связывают прекращение уголовного дела как формы окончания досудебного следствия с выводом следователя о невозможности.

Данные получены в результате анализа ежегодных отчетов о работе органов следствия и дознания УМВД Украины в Луганской, Тернопольской, Ивано-Франковской, Хмельницкой и Житомирской областях за период 1995-1998 гг.

В соответствии с: действующим законодательством (ст. 213 УПК Украины) уголовное дело подлежит прекращению в следующих случаях:

  • за недосказанностью участия обвиняемого в совершении преступлении;
  • при наличии обстоятельств, исключающих производство по делу (ст. 6 УПК Украины);
  • при наличии обстоятельств, предоставляющих право следователю отказаться от обвинения в суде с целью применения к обвиняемому мер административного или общественного воздействия (ст.ст. 7-Ю УПК Украины).

Проблема соответствия указанных оснований прекращения уголовного дела конституционным состязательным началам досудебной! следствия представляют собой актуальную и вместе с тем весьма обширную тему для исследования. Ее необходимо рассмотреть в рамках самостоятельного исследования пройдем окончания досудебного следствия с составлением постановления о прекращении уголовного дела.

Однако, представляется целесообразным проанализировать в настоящей работе с позиций конституционных принципов досудебного следствия существующий порядок прекращения уголовных дел, несовершенство которого отмечают многие отечественные процессуалисты.

Практика уголовного судопроизводства показывает, что личность совершившего общественно опасное деяние характеризуется не только социальной направленностью (общественной опасностью) этого деяния, но и психическими особенностями совершившего, которые составляют его индивидуальность. Они объективно могут препятствовать привлечению его к уголовной ответственности или самостоятельному осуществлению им своих прав в уголовном процессе. Не случайно действующее уголовно-процессуальное законодательство признает, что такие психические недостатки по всем без исключения делам влекут процессуально-правовые последствия (ч. 3 ст. 44, п.п. 2 и 5 ч. 3 ст. 46 и глава 34 УПК Украины).

Как отмечает СП. Щерба, "уголовно-процессуальный чакон связывает наличие... психических недостатков с психологической сферой личности, имея в виду, что они отрицательно сказываются на формировании способностей, необходимых для целенаправленной мыслительной деятельности".

Уголовное законодательство Украины допускает применение принудительных мер медицинского характера в отношении лиц, совершивших общественно-опасные деяния в состоянии невменяемости либо в состоянии вменяемости, но заболевшие к моменту вынесения приговора душевной болезнью, которая лишает их возможности осознавать свои действия либо управлять ими (ст. 13 УК). Эти меры выполняют защитно-реабилитационную функцию. Имея единую социальную сущность, они активно применяются судами "...для лечения и социальной реадаптации душевнобольных, предотвращения совершения ими новых общественно-опасных деяний, а также для охраны их самих".

В результате рассмотрения уголовных дел общими судами Украины в 1997 г. принудительные меры медицинского характера были применены к 1256 лицам, а за I полугодие 1998 года - к 682 гражданам.

Действующее уголовно-процессуальное законодательство, органически связанное с уголовным правом, предусматривает в качестве формы (вида) окончания досудебного следствия направление дела в суд для разрешения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера (ст. 212 УПК Украины).

Представляется, что принятие указанного выше решения также опосредует функция обвинения. Мы не можем разделить позицию тех авторов, которые считают, что следователь, осуществляющий расследование по уголовному делу рассматриваемой категории, не осуществляет функцию обвинения, так как ...невменяемые... в качестве обвиняемых не привлекаются, а совершении преступления не обвиняются..."

Действительно, следователь в ходе расследования уголовных дел такой категории не выносит постановление о привлечении в качестве обвиняемого, если на основании заключения судебно-психиатрической экспертизы и других источников доказательств будет установлено, что лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, во время совершения общественно-опасного деяния находилось в невменяемом состоянии или в дальнейшем заболело душевной болезнью, лишающей его возможности отдавать отчет в своих действиях или руководить ими (ст. 226 УПК Украины).

Однако данный факт свидетельствует скорее об особом правовом положении в уголовном процессе невменяемого или лица, заболевшего в ходе расследования душевной болезнью, чем об отсутствии функции обвинения, которую в теории уголовного процесса рассматривают в двух аспектах - процессуальном и материально-правовом.

В этой связи автор разделяет мнение процессуалистов, которые считают, что обвинение в процессуальном смысле присутствует в каждом деле данной категории.

Так, следователь, осуществляя деятельность, направленную в соответствии с ч. 2 ст. 417 УПК Украины на изобличение лица, совершившего преступление, выполняет тем самым функцию обвинения в процессуальном смысле. Это подтверждает и анализ содержания постановления о направлении дела в суд для разрешения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера (ч. 3 ст. 417 УПК Украины), которое, во-первых, содержит совокупность данных, позволяющих сделать вывод о доказанности факта совершения данным лицом общественно-опасного деяния, а во-вторых, устанавливает особое психическое состояние лица в период досудебного следствия, вызванное утратой способности отдавать себе отчет в своих действиях или руководить ими и приводящее к невозможности сознавать и осуществлять свои права в уголовном процессе (уголовно-процессуальная недееспособность). Следовательно, в нем не содержится предмета (тезиса) обвинения, а значит, нет и обвинения в материально-правовом аспекте.

На наш взгляд, такой процессуальный порядок обусловлен следующим.

Во-первых, законодатель, исходя из особого психического состояния субъекта, должен обозначить его особое правовое положение, которое служит условием назначения принудительных мер медицинского характера.

Во-вторых, осуществление уголовного судопроизводства, сопряженного с применением принудительного лечения, должно характеризоваться обширным и многократным комплексом юридических гарантий, призванных обеспечить достижение истины по делу и охрану законных прав и интересов психически неполноценных лиц. Это предполагает введение сложных и развернутых юрисдикционных процедур - досудебного следствия и судебного рассмотрения с обязательным участием защитника (глава 34 УПК Украины).

В-третьих, применение мер государственного принуждения в связи с нарушением уголовно-правового запрета лицом, не подлежащим уголовной ответственности, свойственно только суду, так как оно, с одной стороны, направлено на ограничение свободы граждан, а с другой - непосредственно связано с установлением условий применения материального закона и завершается актом правосудия (ст. 421 УПК Украины). Именно поэтому "...признание лица невменяемым относительно совершенного деяния как констатация его особого правового положения относится к исключительной компетенции суда."

Следовательно, принятие решения о направлении дела в суд для разрешения «опроса о применении принудительных мер медицинского характера в силу особого правового положения психически больного лица связано с окончательной реализацией функции обвинения только в процессуальном смысле. В этом заключается правовая специфика рассматриваемой формы окончания досудебного следствия по делу. Она изначально обусловлена объективно действующим в уголовном процессе Украины общеправовым принципом презумпции вменяемости.

Представляется, что в ходе реформы уголовного судопроизводства в Украине указанную форму окончания досудебного следствия необходимо сохранить, так как ее правовая сущность в полкой мере соответствует нормам новой Конституции Украины., и которых закреплены не только права каждого человека на свободу и личную неприкосновенность (ст. 29), но и принципы индивидуального характера юридической ответственности лица (ст. 61), презумпции невиновности (ст. 62) и др.

Таким образом, окончание досудебного следствия в форме составления итогового обвинительного документа, постановления о прекращении уголовного дела и постановления о направлении дела в суд для разрешения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера выступают как исторически апробированные, теоретически и практически обоснованные процессуальные формы завершения расследования по уголовному делу, поэтому их необходимо сохранить в реформируемом уголовном судопроизводстве Украины.

Социологические опросы, проведенные среди следователей, начальников следственных подразделений, прокуроров, адвокатов и судей, выявили позицию респондентов относительно целесообразности изменения существующих форм окончания расследования. По нашему исследованию, 98 процентов опрошенных считают необходимым сохранить в уголовном процессе Украины формы окончания досудебного следствия, предусмотренные ст. 212 УПК Украины. Причем характерно, что абсолютное большинство должностных лиц, участвующих в досудебной уголовно-процессуальной деятельности (95 процентов следователей, 100 процентов начальников следственных подразделений и 93 процента прокуроров) признают практическую обоснованность действующих форм завершения расследования по уголовному делу.

Интересно, что и 100 процентов судей, оценивающих значимость указанных форм завершения расследования с позиции осуществления задач правосудия, признают необходимость их сохранения в уголовном судопроизводстве страны. Аналогичную позицию занимают и 100 процентов опрошенных адвокатов, которые абсолютно согласны с ролью и местом материалов досудебного следствия в системе конституционных основ защиты законных прав и интересов граждан.

Эти выводы совпадают с мнением авторов упомянутого выше Модельного Уголовно-процессуального кодекса, которые считают, что досудебное следствие, отделенное от судебного разбирательства, должно заканчиваться составлением итогового обвинительного документа, постановлением о направлении уголовного дела в суд для применения принудительных мер медицинскою характера, а также постановлением о прекращении производств по делу (ст. 237). Такое состояние института окончания досудебного следствия соответствует смешанной форме уголовного судопроизводства.

Украинские процессуалисты при разработке Проекта Уголовно-процессуального кодекса Украины сохранили рассмотренные три вида окончания досудебного следствия, развив при этом юридическую терминологию действующего закона и изменив порядок принятия решения об окончании расследования.

Источник – глава из монографии:

Гришин Ю.А. Окончание досудебного следствия с составлением обвинительного заключения: проблемы и пути реформирования: , Монография. – Луганск: РИО ЛИВД, 1999. – 252 с.

Реклама
Задачи по экономике с решениями
Статьи по экономике